— Но почему⁈

— Ты заметил, что во время ее звонка не было помех? — ответил я на ходу.

— И… и что? — Мирко не понимал, к чему я клонил.

— Она связывалась с нами не из центрального офиса! Она на этом корабле! Ее задача — вытянуть нас с «Ангела» и не дать взорвать бомбу! А мы не пойдем у нее на поводу! — Я шлепнул рукой по кнопке открытия шлюза.

— В смысле? Мы назло этой тетке взорвем бомбу⁈ — спросил Том.

— Надеюсь, что до этого не дойдет, — ответил я, делая первый шаг в неизвестность.

Тому я собрал небольшой переносной терминал, который принимал сигналы от камер видеонаблюдения «Бриллианс», поэтому вперед шли мы не вслепую. Что, однако, не дарило нам чувства абсолютной защищенности. Станция кишела мутантами и солдатами «Рейнбоу», отчего-то жаждущими нас прихлопнуть.

Чтобы добраться до северного сегмента станции, нам пришлось бы пройти кучу отсеков, дойти до центрального ствола — и за ним, что крайне неприятно, камеры нам были уже неподвластны. Уровня доступа для «подглядывания» в секретных лабораториях нам не хватало. Ничего нового мы выдумывать не стали — зачем менять то, что работает? Поэтому маршрут построили по системам вентиляции. Мы с Мирко ползли впереди, чем мой напарник и воспользовался для приватной беседы.

— Как ты считаешь, мы одни такие умные? — тихо спросил он.

— В каком смысле?

— Ты правда думаешь, что системой видеонаблюдения только мы пользуемся? Думаешь, эта вобла сушеная — Маргарет — не догадается?

Меня этот вопрос мучил еще с того момента, как мы вышли из корабля. Если мое предположение верно и на решение ситуации на «Бриллианс» вылетел один из директоров компании, то глупо рассчитывать на то, что у него нет доступа к внутренним камерам станции. То есть нам надо действовать исходя из того, что враги нас видят. И у нас была только одна возможность победить — двигаться быстро и надеяться на то, что монстры задержат наших преследователей. Мутировавшие сотрудники «Бриллианс» почему-то на дух не переносили вооруженные группы, вторгшиеся на станцию, и объединялись, чтобы их уничтожить. Хотя надежда на это была призрачной, с тем же успехом мутанты могли нас принять за угрозу их существованию. Или спецназ «Рейнбоу» успел их всех перебить.

— А какие у нас варианты? На «Ангеле» сидеть?

— Контракт подписать. И от этих… — Мирко обернулся назад, посмотрев на Клер и Тома, — избавиться. Зачем они нам? Толку от них⁈

— Мирко, не начинай. Конкретно Том уже несколько раз спас наши шкуры. Вместе выберемся, проберемся через монстров…

— Кстати, — задал Мирко животрепещущий вопрос, — почему ты не начал в мутанта превращаться?

— А я знаю?

— Так, о чем шепчемся? — ползком нагнала нас Клер.

— Мирко предлагает вас бросить.

— Ха-ха, очень смешно, — не оценила мой чистосердечный порыв девушка.

— Обсуждаем, почему у Дани клешни вместо рук не выросли, — выдал очередную порцию правды Мирко.

— Есть идеи?

— У меня только одна: он заразился…

— «Заразился»⁈ Это неправильное слово! — решил я опротестовать утверждение Мирко. — Приобрел способности…

— После полного обследования я тебе скажу — заразился ты или приобрел. Но мое мнение таково: кристалл на «Бриллианс» людей уродует. На Весте — одаривает.

— О чем вы вообще говорите⁈ — взмолилась Клер, и нам пришлось кратко рассказать, как мы взялись за контракт с «Рейнбоу» и что из этого в итоге вышло.

— Как только выберемся отсюда — полетим на Весту.