— Но ты сам только что говорил…

— Но я-то себя умею контролировать, — сказал как отрезал Габриэль. Потом кивнул мне: — Пошли.

Капсула лифта за минуты доставила нас в рубку управления крейсером.

— К марсианскому эсминцу подтянулся еще один такой же. И пара корветов, — сообщил нам дежурный офицер.

— Неприятно, но преимущество все еще на нашей стороне.

У меня на этот счет были сомнения. Да, чисто формально крейсер должен был выиграть дуэль у четырех меньших по размеру кораблей. Но «Прометей» закладывали тогда, когда меня еще на свете не было. Он был морально устаревшим. И скорее всего, несмотря на весь уход, физически изношенным. А марсианский флот поддерживал свои корабли в идеальнейшем состоянии. Если бы мне предложили тотализатор, то я бы поставил на крейсер АА только с коэффициентом пять к одному.

Однако до стрельбы пока дело не дошло, в данный момент ситуацию можно было решить с помощью дипломатии.

— «Прометей», вас вызывает эсминец МКФ «Грозовик». Немедленно ответьте, или мы откроем огонь!

Что-то слишком часто в последнее время или в меня стреляют, или намереваются это сделать.

— Переключайте на меня, — скомандовал Габриэль, усаживаясь в капитанское кресло.

Я не возражал: вести переговоры с внезапно возникшей на нашем пути боевой группой я желанием не горел. У меня опыт в такого рода переговорах равнялся нулю.

— Коммодор Алексис Нордман, — представился появившийся на центральном экране офицер в темно-синем мундире, — тринадцатая эскадра МКФ.

— Габриэль, — не стал козырять ни своими званиями, ни громкой фамилией Гэб. — Чем обязаны?

От такой наглости офицер марсианского флота покраснел, как брошенный в кипяток рак.

— Нам предписано уничтожать все суда АА, встреченные на нашем пути!

— Так уничтожайте, — безмятежно ответил Габриэль.

— Но… нам надо знать, куда вы направляетесь!

— А-а-а, — широко улыбнулся Гэб, — встретили нашу торпеду с посланием?

— Неважно!

— Еще как важно — мы летим на помощь Марсу.

— С чего это вдруг палачи с астероидов…

— Поосторожнее с тем, как ты колышешь воздух! — Благостное настроение мигом слетело с Габриэля. — Передай по цепочке, что у нас есть рецепт, как остановить тот ужас, что происходит сейчас на твоей планете. Я скажу немного более доходчиво: мы, парень, единственные, кто может остановить апокалипсис. Так что лучше бы тебе отойти в сторону… а еще лучше — организуй нам конвой до Марса.

— Апокалипсис… Вы говорите про огоньки с кометы? — вкрадчиво спросил коммодор.

— В точку! В яблочко! Но откуда ты знаешь про огоньки и комету?

Вопрос повис в воздухе. Отчего-то коммодор не спешил отвечать. Он внимательно разглядывал Гэба. И молчал.

— Ну так вот — мы знаем, что делать с кометой, — не дождавшись ответа офицера, продолжил Гэб.

— С ней… не нужно ничего делать. Мы оставим все как есть.

— Подожди-подожди, что значит «все как есть»? Ты не понимаешь…

— Это вы не понимаете! — горячо возразил Габриэлю офицер. — Вы не жили под гнетом Отцов-Основателей!

Габриэль слегка опешил от гневной отповеди марсианского офицера.

— Погоди, ты не тому человеку пытаешься претензии высказать. АА как раз и занимается тем, что борется за права и свободы людей! Причем не только астерменов!

— Да конечно! Вы не революционеры, вы банальные грабители, которые потрошат наши конвои! — начал расходиться офицер.