|
Преодолев очередной виток лестницы, я вышел в широкий и прямой, как стрела, коридор, освещенный все тем же ярко-зеленым колдовским огнем. - Подземелье, однако, - заметил я, осматриваясь в поисках железнодорожной колеи. Уж больно этот коридор был похож на метрополитен. Того и смотри, усталый голос произнесет: «Осторожно, двери закрываются…» Рельсов в коридоре не оказалось, и совсем не усталый голос вместо предупреждения о необходимости соблюдать правила безопасности выдвинул требование: - Жрать давай! - Кто здесь? - спросил я. - Ты сперва накорми, - потребовал тот же голос, - а затем вопросы задавай. - Может, тебе еще и баньку истопить? - Неплохо бы. - И спать на перины пуховые уложить… - Само собой! Махнув рукой на невоспитанного узника (а кто еще будет сидеть в зарешеченной камере с амбарным замком на железной двери?), я зашагал по коридору. Минуя очередные запертые на замок двери, я говорил себе, что у меня сейчас нет времени на возню с замками… освобожу узников на обратном пути. Главное - найти Ванюшу. Коридор закончился неосвещенным тупиком. Пришлось осветить его факелом, что позволило обнаружить маленькую дверцу с прибитой к ней металлической трафареткой «Не влезай - убьет!» и нарисованным ниже пробитым молнией черепом. «Мне сюда», - решил я. И без колебаний взялся за дверную ручку. За дверью оказалась вместительная пещера, по колено засыпанная золотыми монетами и драгоценными камнями. Среди этого великолепия, при свете одной-единственной свечи строит золотые замки старик рахитичного телосложения в замусоленном халате на голое тело и с массивной короной на плешивом челе. Обернувшись на звук открываемой двери, он задел построенный из монет замок, и тот, покосившись, начал рассыпаться, стекая золотым потоком к ногам старика. «И это Кощей Бессмертный? - мелькнула мысль. - Не может быть!» - Мое… Сперва я не сообразил, что скрип, донесшийся до моих ушей, - это слова, с трудом произносимые неимоверно тощим стариком. - Мое… золото… все мое!!! - Сорвавшись на визг, он выхватил из кармана кинжал и прыгнул на меня, но, поскользнувшись на наваленном под ногами богатстве, потерял равновесие и зарылся в него с головой. Лишь желтые пятки остались торчать из россыпи монет и драгоценных каменьев. - Где Иван? - спросил я, наступив на тощую шею и выдернув из дернувшейся руки с длинными нестрижеными ногтями ржавый стилет. - Где он?! - Его здесь нет, - сообщил раздавшийся у меня за спиной голос - И отпусти чахлика, а то, не ровен час, подохнет, забыв, что бессмертный. Вон как уже позеленел весь… под старину благородную. Прям антиквариат. Обернувшись, дабы посмотреть на появившегося нежданно советчика, я онемел при виде открывшейся моим глазам картины. Парадокс, доведенный до абсурда. Нонсенс! Тут уж одно из двух: либо моя психика оказалась значительно более хрупкой, чем требовали того выпавшие на ее долю испытания, либо в высших сферах произошло что-то непоправимое, нарушившее сами основы мироздания. - Ик! - невольно сорвалось с моих губ. - Оригинальное приветствие… Может, повторишь на бис? - От… Ик! Ой!., бис! Отступление четвертое МАРА [6] ПРИНОСИТ ДУРНЫЕ ВЕСТИ Окосела наша Мара - светит глазик словно фара, И хотя ее боюсь - все равно сейчас напьюсь. |
