|
Юра постучался и вошёл. — Леонид Ильич? Чернобрив был в преподавательской один — сидел, скорчившись, в большом чёрном кожаном кресле в углу комнаты. Рядом стоял аквариум со страшной кроваво-красной рыбой внутри: хвост, три плавника и огромные губы. Про эту рыбу рассказывали всяческую похабень. — Что с вами? Вам плохо? — А… Юра… — Чернобрив, не распрямляясь, поднял голову. — Ничего… Зона, сука… Там выброс, а меня тут скрутило… чувствую его… всей печёнкой, мать… — Дать вам что-нибудь? Или врача позвать? — Никому не говори… не смей… слышишь? У меня в плаще, во внутреннем кармане, фляжка… дай её сюда… Таких фляжек Юра раньше не видел: не из пошлой нержавейки, а из матово-серой стали с лазерной гравировкой и эмалью: александровский орёл с державой и скипетром в когтях и чёрно-бело-золотой имперский бантильон под ним с девизом: «Верой и правдой». — Наградная… — почти прошептал Чернобрив. — От офицерского собрания… — Он отвинтил крышку и, сильно запрокинув голову, сделал несколько тяжёлых глотков; кадык судорожно дёргался под натянутой кожей; тут же запахло полынью и чем-то ещё, очень тревожным. — Тебе не предлагаю… это лекарство… к сожалению… — Я понял, — сказал Юра. — Побыть с вами? — Хочешь насладиться… страданиями мучителя?.. Шучу… Ни к чему… это безопасно, просто противно… Ты же заходил… насчёт отпуска? — Да, но… — …к Кузмичу. Скажи, я разрешаю… выпишет пропуск… — Спасибо. Вам точно ничего не нужно? Воды там, или… — Поздно пить… боржоми… курсант… Иди. Иди с глаз моих… Нерешительно оглядываясь, Юра всё-таки ушёл. Кузмич — было не отчество, а фамилия коменданта базы. С ударением на первом слоге. Звали его Виктор Слободанович. — Как добираться, знаешь? — хмуро спросил он, выписывая пропуска на выход с территории и на возвращение. — Так точно. — На всякий случай: послезавтра в семь утра из Гомеля будет автобус, с того же места. Имей в виду. — Спасибо. Это новый набор? — Нет, это вам везут казённых шлюх — отметить окончание курсов… Кстати, поосторожнее там, в этом Отрыве. Туда из Зоны притащили гигантских мандавошек-мутантов, в три дня отгрызают хер на хер. — Понял. Буду проявлять сдержанность. — Кстати, через полчаса на Киев идёт наша машина. Но место — только в кузове. Поедешь? — Конечно! — Тогда у ворот их жди, я распоряжусь, чтобы тебя подобрали… Когда проезжали Гомель, Юра — со всеми удобствами растянувшийся на сложенном брезенте и краем его укрывшийся — набрал Алёнку, но робот привычно ответил, что вызываемый телефон отключён или находится вне зоны доступа. |
