|
Глаза у него закатились, руки судорожно дергались, тело выгнулось дугой. — Что здесь происходит? — спросил Дойл у старшей медсестры. — Мы устроили для детей представление, — прерывистым от волнения голосом заговорила она, пытаясь вместе с остальными сестрами удержать и успокоить мальчика. — Он приехал вместе с актерами. К ним подошел белолицый клоун. — Что это с ним такое, док? — спросил он скорее раздраженно, чем обеспокоенно. — Че-е-ный ло-д! Че-е-ный ло-д! — кричал мальчик. — Что это с ним? — снова спросил клоун. Дойл уловил исходивший от клоуна слабый запах рома и мяты. — Отойдите в сторону, пожалуйста, — попросила его сестра. Пока сестры держали мальчика, Дойл пощупал у него пульс и посмотрел зрачки. Сердце бешено колотилось, зрачки расширились. Пена показалась в уголках рта. — Черный лорд! Черный лорд! — Теперь слова можно было разобрать. Клоун снова придвинулся к ним. — Чего он там бормочет? — Как его зовут? — обратился Дойл к белолицему клоуну. — Джоуи. — Это ваш сын? — Нет, ученик, — словно оправдываясь, произнес клоун. — Я Большой Роджер, а он — Маленький. Из-под белого грима на лице клоуна проступили капли пота. Нелепый красный рот застыл в насмешливой и одновременно горькой улыбке. — С ним прежде случалось такое? — спросил Дойл. — Нет! В жизни не случалось! — дрожащим голосом выговорил клоун. Неожиданно Спаркс, словно клещами, ухватил его за шею. — Говори правду! — шепотом приказал он. — Однажды, сэр! Всего однажды, недель шесть назад. Мы сидели в Баттерси на железнодорожной станции, закусывали. И прямо посередине обеда он так же вот грохнулся, как сейчас. — Черный лорд! Черный лорд! — выкрикивал мальчик. — Держите его крепче, пожалуйста, — попросил Дойл. И в этот момент мальчик рванулся из рук медсестер и сорвал с головы парик, делавший его лысым. Дети с криками ужаса кинулись врассыпную. — Держите, держите его! — выкрикнул Дойл. Под фальшивой кожей оказалась копна белокурых волос. В этот момент медсестра, поддавшись панике, выпустила мальчика, но Спаркс, оттолкнув ее в сторону, подхватил его на руки и отнес в угол, за ширму. — Быстрее, Дойл, — нетерпеливо позвал Спаркс. Наклонившись над мальчиком, Дойл тихо, но внятно произнес: — Джоуи, слушай меня, малыш, слушай. Ты слышишь меня? Лицо ребенка оставалось неподвижным, но выкрикивать он перестал. Казалось, в его затуманенном сознании прояснилось что-то. Не сопротивляясь, он позволил Дойлу взять его за руки. — Ты слышишь меня, Джоуи? Спаркс поправил ширму, как бы отгораживаясь от крика и визга, стоявшего в палате. — Джоуи, ты меня слышишь, правда? — настойчиво повторял Дойл. Глаза мальчика закатились, однако он едва заметно кивнул головой. — Расскажи мне, что ты видишь, Джоуи. Мальчик облизнул воспаленные, искусанные до крови губы. |
