Усольцев?.. Нет! Не хочется этому верить. Видимо, Саидов. Он прямо пожирал меня глазами, когда зашла речь о Каролине. Хорек в погонах…

Впрочем, я мог и ошибиться. Если человек не понравился с первого взгляда, это еще не значит, что он проходимец или негодяй. Просто он другой, не соответствующий твоим стандартам.

– Где вы их встретили?

– А я не встречал. Они сами ввалились в мою комнату.

– Даже так… Зосиму они тоже расспрашивали?

– Его как раз дома не было.

– Вы говорили ему про непрошеных гостей?

– Зачем? – Пал Палыч пожал плечами. – Такой незначительный инцидент… К Зосиме он не имеет ни малейшего отношения. В отличие от тебя… и этой девушки. Кстати, кто она?

– Приблудная. Говорила, что дачница.

Я не стал особо распространяться на эту тему. Из разумной предосторожности. Пал Палыч все еще был для меня темной лошадкой.

– Дачница… Может быть. Только почему ее ищут? И явно с нехорошими намерениями. Непонятно… Ладно, не будем забивать голову разными мелочами. А с какой стати они тобой заинтересовались? – Пал Палыч глянул на меня исподлобья.

– Вам нужно было у них спросить. Понятия не имею. Может потому, что я имел несчастье угостить эту девицу обедом.

– Это многое объясняет. – Пал Палыч многозначительно кивнул. – Дело молодое… – На его лице появилась сальная ухмылка. – Дачные забавы…

Я не стал его разубеждать. Пусть думает, что хочет.

– Как они выглядят? – спросил я. – И сколько их было?

– Выглядят обычно, – коротко ответил Пал Палыч.– А в избу заходили двое.

– Что значит обычно?

– Как мы с тобой. Две руки, две ноги, голова… Ни рогов, ни хвоста я не заметил. Только рожи у них хамские.

И глаза словно шилья. Так и ширяют. Кстати, они просили меня не распускать язык. Притом, настоятельно.

Угрожали… Я не должен был тебе о них рассказывать.

– Спасибо, Пал Палыч. От всей души спасибо. Я этого не забуду. Но я спрашивал о другом. Какие они: высокие или низкорослые, рыжие или черноволосые, носы крючком или картошкой?..

– А зачем тебе?

– Чтобы при встрече на узкой дорожке сделать ноги. Я не герой, не богатырь, и очень не люблю, когда меня бьют, особенно по лицу.

– Ты думаешь, они на это решатся? Не вижу причины.

– А придурки и хамы избивают без причин. Ради забавы.

– Что верно, то верно… Значит, тебе нужны приметы.

– Вроде того.

– Я плохой физиономист… – Он задумался, наморщив лоб. – Один из них конопатый, волосы у него какие-то бесцветные – серые, что ли. А глаза светлые, с голубизной. Рост средний. Второй черный, как ворон.

Высокий. Очень неприятный тип. Говорит без акцента, но мне кажется он кавказец. У него поперек горла шрам. Вот и все, что я помню.

– Вы неважного о себе мнения. Я вижу их будто они нарисованные. У вас глаз – алмаз.

Польщенный Пал Палыч смутился и даже немного порозовел. Проняло, подумал я не без самодовольства.

Лесть – опасное оружие. Особенно в искусных руках.

Мне приходилось знавать прожженных льстецов, которые без мыла лезли в одно место. Чуток зазеваешься – и ты уже в сетях. Чтобы избавиться от такой зависимости, нередко приходится рубить по живому.

– Спасибо, Пал Палыч, за угощение.