-  Вы знаете отца Александра?!

    -  Да, когда-то мы встречались… когда он еще не был священником.

    -  Значит, вас послал мне сам Бог, - возбужденно произнесла девушка. - Нет, правильно говорит отец Александр: если чувствуешь, что должен помочь человеку, помоги не задумываясь…

    -  …ибо в твоем, сердце говорит Сам Господь, - продолжил я хорошо знакомые мне слова.

    -  Верно, - согласилась Аня. - А вы давно с ним знакомы?

    -  Вот приедем, он сам вам об этом расскажет.

    -  Да мы уже, собственно, приехали, - сказала девушка и нажала на тормоз.

    Машина остановилась. Я открыл дверцу и выбрался наружу.

    Что ж, храм вполне соответствовал вкусам Священника. Он изначально терпимо относился к католической церкви, в отличие от многих своих коллег. Поэтому его храм напоминал скорее католический костел. Никаких луковок и плавных линий - только прямые, строгие формы из красного кирпича. Крест на вершине - тоже прямой, без изгибов. Небольшой дворик обнесен высоченным забором с камерами наблюдения и заостренными, в подражание копью Георгия Победоносца, штырями в верхней части.

    Аня подошла к большим кованым воротам и нажала кнопку громкой связи. Одна из камер немедленно заскрипела поворотным механизмом и нацелилась на нас объективом.

    -  Это я, отец Александр, - сказала Аня в микрофон, - а со мной…

    -  Я вижу, кто с тобой, - раздался в динамиках хорошо знакомый голос, - проходите.

    Щелкнул пневматический привод замка. Створки ворот с легким жужжанием поползли в разные стороны. Аня вновь села за руль «девятки» и загнала ее во внутренний дворик. Я проследовал за машиной пешком - и тут же наткнулся на оскаленную пасть огромной кавказской овчарки, прикованной толстой цепью к воротам. Рядом с собакой стояли двое молодых парней в ярких банданах и с «Калашниковыми» наперевес. Пес остервенело лаял. Юноши выглядели не то чтобы враждебно, но и не дружелюбно: глаза внимательно обшаривали меня с ног до головы, указательные пальцы лежали на спусковых крючках автоматов, которые, кстати сказать, были сняты с предохранителей.

    -  Все в порядке, ребята, - проревел оглушительный бас. - Мурзик, сидеть! Это свой, можете убрать оружие.

    Двери храма распахнулись - я попал в медвежьи, пахнущие ладаном и бандерасовским «Диаболо» объятия. Священник был так же силен и могуч, как и три года назад, в момент последнего нашего свидания. Высокая, мощная фигура с огромными бицепсами, натягивающими шелк черного подрясника греческого кроя. Пышная шевелюра цвета воронова крыла с едва заметной сединой. Аккуратная, тщательно подстриженная бородка а-ля Джордж Майкл - отец Александр не признавал лопатообразные, свидетельствующие о повышенном благочестии бороды.

    -  Здравствуй, Гаврила, здравствуй, дорогой, - басил Священник, хлопая меня по плечу.

    -  Я-то здравствую, - с трудом удалось вставить мне словечко, - но вот со Свином проблемы.

    -  Знаю, знаю, - нахмурился отец Александр. - Давай его сюда, посмотрим.

    Естественно, Священник тоже был когда-то старшим офицером, а посему обладал равными со Свином способностями и мгновенно прокачал ситуацию на энергетическом уровне. В биополе любого человека остаются воспоминания о любом дне жизни - все равно, что запись на компакт-диске. Только более ранние события уходят в дальние, плохо прочитываемые слои, зато недавние сияют подобно неоновой вывеске.