— Где же я ее найду? — Трошкин развел руками. — В деревню Красново ехать?

— Тоже мне загадка, — усмехнулся адвокат. — Ни в какой деревне ее, понятно, нет. Она обретается где-то около Квадратной. Без сомнений.

Оставшись один, Трошкин постарался успокоиться, но тревога нарастала и страхи множились. Да, похоже, за всем стоит Иратов; да, похоже, они вычислили Зину и взяли ее в оборот; да, не исключено, что Квадратная каким-то загадочным образом спелась с Иратовым. Но делать-то что? Легко сказать — ищи Зину около Квадратной. Где оно — это «около»?

Впервые за много лет у Александра Дмитриевича Трошкина появилось противнейшее ощущение, что он начал проигрывать. Нет, не проиграл еще, но карта явно не его.

Глава 23

ВАСИЛИЙ

Старший оперуполномоченный Коновалов обрабатывал последнего фигуранта, про которого, точнее, про которую в суете и разъездах последних дней он совсем забыл. Ольга Алешина, так странно объявившаяся в «Роще» и так стремительно оттуда исчезнувшая, сейчас сидела напротив Василия и спокойно, как-то слишком спокойно отвечала на его вопросы.

— Собака? Вы приехали туда из-за собаки?

— Я приехала туда за ключами, — терпеливо повторила Ольга. — А из-за собаки я пробыла там недолго. Вас же больше всего интересовало, почему я не дождалась мужа? Почему я не искала его по всему пансионату? Потому что торопилась к собаке.

— И все же странно… — протянул Василий. — Странно. Тайком проникнуть в номер мужа…

— Нет, вы ошибаетесь. — Ольга улыбнулась, и старшему оперуполномоченному показалось, что она в душе подсмеивается над ним. — Тайком — это когда тебя никто не видит. А меня все видели. И ключ от номера мужа я попросила у администратора. От безвыходности. До этого я его искала, спрашивала у разных людей, где он может быть. Они вам подтвердят.

— Да? — Василий придвинул к себе протокол допроса, взял ручку. — У каких людей?

— Да откуда я знаю? Какие-то люди в ресторане. Я спросила: «Где бы найти Алешина?», а они заверили меня, что поиски могут оказаться долгими, потому что пансионат — огромный и затеряться в нем легко. Не знаю, что за люди.

— Ах, не знаете, — ехидно протянул Василий.

— Не знаю. А вы полагаете, что я должна была попросить их предъявить паспорта?

— Описать их, по крайней мере, вы в состоянии?

— Нет. В ресторане, знаете ли, царил полумрак, я торопилась и особо не присматривалась. И вообще у меня плохая зрительная память.

— Как у всех дизайнеров, — усмехнулся Василий.

— Я же не портретист, — сказала Ольга. — Вот интерьеры я запоминаю хорошо. Хотите набросаю вам план ресторана и холла пансионата?

— В другой раз. — Василий опять взялся за ручку. — Вы не заметили чего-нибудь странного в пансионате?

— Что вы называете странным? — уточнила Ольга.

— Настораживающего. Непонятного. Крик, стоны, бегущего человека.

— Нет. Криков не слышала, бегущих людей не видела, — покачала головой Ольга.

— А что видели?

Ольга устало провела рукой по лбу — ну что за тупой опер попался?

— Видела бесцельно бродящих нетрезвых людей.