— Понятно. — Василий схватил Гошу под руку и потащил к двери. — Мы еще вернемся к нашему разговору. Но впредь, товарищ Алешин, убедительно прошу вас не утаивать от следствия никакой информации. Даже такого деликатного свойства.

— Когда впредь? — испуганно вскочил из-за стола Алешин.

— Когда окажетесь подозреваемым в убийстве! — крикнул Василий уже из коридора.

— С чего вы взяли, что я опять могу оказаться в такой ситуации? — закричал Алешин вслед сыщикам.

— При вашей сексуальной невоздержанности, — мрачно сказал Василий, заглядывая в кабинет, — таких ситуаций у вас будет немерено.

— Зачем ты вклинился? — зашипел Василий на Гошу, когда они отошли на приличное расстояние от приемной. — Зачем?

— Я так его понял, — начал оправдываться Гоша. — То есть я не понял, что она подсматривала за ними с балкона.

— Математика дисциплинирует ум! — с издевкой сказал Василий. — А физика притягивает тела друг к другу! Оно и видно.

— Ладно, не ори, — отмахнулся Гоша, — главное, не зря ты его жену заподозрил. Вот и мотивчик отыскался удавить соперницу. Досмотрела сценку до конца, дождалась ухода мужа — и вперед. Теперь понятно, почему она тебе ничего не сказала об измене родного мужа.

— С другой стороны, кому приятно говорить о таком, — вяло возразил Василий. — К тому же она понимает, что, стоит ей нам об этом рассказать, мы тут же зачислим ее в разряд подозреваемых.

— Поедешь к ней?

— Да, конечно. — Василий рванулся к лифту. — Надо успеть до оперативки.

К счастью, дизайн-студия «Метаморфозы» располагалась недалеко от редакции еженедельника «Политика», и уже через двадцать минут Василий громко стучался в дверь кабинета с маленькой медной табличкой «О. Е. Алешина».

Ольга окинула Василия более чем удивленным взглядом:

— Теперь мы будем видеться каждый день? Так положено? Вы о чем-то забыли спросить меня, господин оперуполномоченный?

— Да. — Василий присел на край стола. — Я забыл спросить, предупреждены ли вы о том, что дача ложных показаний карается законом?

— И в чем же я солгала? — весело спросила Ольга.

— В главном. Не припомните, гражданка Алешина, кроме вороны, вы ничего существенного на балконе не заметили?

— Ворона ходила под балконом.

— Хорошо. Когда вы были на балконе, вы ничего существенного не заметили в окрестностях? Под балконом, над балконом, сбоку от балкона и, наконец, в том номере, в котором в тот момент находились Григорчук и ваш муж.

— А, вот вы о чем. Знаете, товарищ оперуполномоченный, мы с мужем сами разберемся. Можно сказать, уже разобрались. Ваше вмешательство не обязательно.

— У меня нет никакого желания вмешиваться в вашу семейную жизнь, — сказал Василий. — Мои задачи куда скромнее — поймать убийцу. Согласитесь, что вам довелось стать свидетелем весьма… волнующего зрелища.

— Да, — кивнула Ольга.

— Тут и до состояния аффекта недалеко.

— У меня крепкая нервная система.

— Да, я вижу. Но завтра попрошу ко мне в девять утра. Уж извините, мы все запротоколируем и подробненько обо всем поговорим. Жду.

— Капитан! — окликнула Василия Ольга, когда он выходил.