— Горничная могла что-то забыть или перепутать, — бодро откликнулся Семен Маркович. — Не вижу оснований доверять ее показаниям больше, чем показаниям моей клиентки и уважаемого Вадима Сергеевича.

— С удовольствием согласился бы с вами, если бы ваша клиентка и уважаемый господин Иратов не проходили по делу как подозреваемые, — ласково сказал Василий. — Поэтому показания незаинтересованного человека для нас представляют особый интерес.

— Так им уже предъявлено обвинение?! — возопил адвокат. — Давно ли?

— Сразу, — лаконично ответил Василий.

— Но позвольте, на каком основании?

— Ваша клиентка подралась в холле первого этажа с убитой, — Василий грозно посмотрел на меня, — на глазах у нескольких свидетелей. Факт возмутительный. Человеку, я Григорчук имею в виду, предстояло пройти через насильственное убийство. Понятно, она нервничала — кому охота быть удушенным подушкой? А тут еще ваша клиентка со своими приставаниями. Неужели она не могла наброситься на кого-нибудь другого?

Подралась? От возмущения у меня перехватило дыхание.

Семен Маркович воспринял дезинформацию гораздо спокойнее:

— Во-первых, драки не было. Во-вторых, факт ссоры еще ни о чем не говорит. К тому же, — адвокат хихикнул, — вряд ли Григорчук знала о предстоящем убийстве…

— Не вижу ничего смешного, — прервал его Василий. — Не знала, так чувствовала.

В комнату заглянул полковник Зайцев:

— О-о, ты уже здесь? — Он подмигнул мне и погрозил пальцем Василию. — А почему сегодня? Коновалов говорил, что ждет тебя завтра. Не позволяй этому охальнику распоясываться.

— Ну, знаете, — адвокат привстал и оперся руками на стол старшего оперуполномоченного. — Ну, знаете, у вас здесь странная манера всем «тыкать».

Зайцев выпучил глаза, но ничего не сказал и ушел.

— Продолжим. — Василий достал лист бумаги и написал сверху крупными буквами: «Протокол допроса». — Почему вы пошли вниз пешком?

— Лифт был занят, — улыбнулся Семен Маркович.

— Так. А почему, вместо того чтобы топать себе дальше, вы застряли на третьем?

— Передохнуть. Перевести дух. — Семен Маркович пожал плечами: что ж тут непонятного?

— Болеет? — сочувственно спросил Василий.

— Кто? — не понял адвокат.

— Она. Клиентка ваша. Привалы между этажами обычно устраивают люди хворые. Немощные то есть. — Василий опять посмотрел на меня, на этот раз сочувственно.

— Благодарю, — чинно поклонился Семен Маркович, — она здорова.

— Слава богу! — обрадовался Василий. — А она у вас, часом, не глухонемая? А то молчит, сопит, а слов не произносит.

Я гордо выпрямилась и открыла рот, чтобы дать достойный отпор этому хаму, но Семен Маркович опять успел раньше:

— Ее интересы представляю я, — строго заметил он, — и беседу с вами буду вести я.

— А в СИЗО за нее тоже будете сидеть вы? — дружелюбно спросил Василий.

— В СИЗО? — испуганно пискнула я. — Как же?..

— Вот! — обрадовался Василий.