И еще Джона бодрило то специфическое обстоятельство, что мисс Кроуфорд задала ему задачку не из простых. В особенности после еенепримиримого отказа он не желал отступать, поставив себе целью привлечь эту несгибаемую, женщину к регулярной работе в службе спасения.

Мелоди Кроуфорд заинтриговала его своим образом жизни и отношений с внешним миром. Отшельница и безумная собачница, каковой она представлялась всем горожанам, по его мнению, была не так однозначна. Подобные аскетизм и самоизоляция наверняка происходили из конкретных событий ее прошлого, о которых Джон намеревался все узнать.

Это тоже была профессиональная черта Джона, усиленная решительностью и бескомпромиссностью его характера: вносить во все ясность, не оставлять вопросов без ответов, не терпеть белые пятна в собственных знаниях и умениях. Со своими недостатками и слабостями Джон всегда боролся беспощадно и не прощал себе того, что снисходительно подмечал у других. И в то же самое время, если его вдруг захватывала какая-нибудь навязчивая идея, он уже не был способен мыслить критически, а всячески стремился достичь цели.

Стоило ему услышать заразительный смех Мелоди, как в то же мгновение все доводы предубеждения горожан в отношении странной собачницы рассыпались в прах. Он увидел милую, ранимую женщину, умеющую ценить дар жизни и наслаждаться ею, пусть и в свойственной ей манере.

По прошествии времени Джон уже не вспоминал, что Мелоди обошлась с ним крайне неучтиво, не позволив ему в полной мере изложить свои соображения. Черные локоны, пронзительный взгляд серых глаз, строгое умное лицо заняли все его мысли.

Даже без косметических ухищрений Мелоди Кроуфорд была красива как породистая кошка и столь же свободолюбива и независима.

О ней Джон и думал, поднимая взгляд от своего карманного компьютера и устремляя его вдаль.

И все-таки она разговаривала с ним крайне невежливо, так что теперь приходилось размышлять над тем, как снова пересечься с ней, не навредив собственному самолюбию. К тому же каждый день его был расписан. Сегодня в полдень он намерен встретиться с группой горожан, являющихся действительными членами клуба «Кивание», в рамках которого представители местной общины решают проблемы устройства своей жизни, организуют помощь нуждающимся, проявляют инициативу во имя общего блага. Именно на таких людей Джон Норт и решил положиться, активно взявшись за реорганизацию местной службы спасения. На пятницу он запланировал поездку в Денвер, где собирался добиться аудиенции у самого губернатора, благо, по свежим следам спасения мальчика путь для личной встречи ему открыт.

Но оставалась маленькая проблема.

Тед Клоусон формально уже не первый год считался инициатором реформирования службы спасения, хотя фактически не продвинулся в этом деле ни на йоту. Старый школьный товарищ мог счесть действия Джона Норта покушением на свою прерогативу. Джона это смущало. Однако он полагал, что межличностные отношения не должны влиять на профессиональную деятельность. Джон был уверен, что сможет устранить эту загвоздку к взаимному удовлетворению. Тем более что он видел, как Теда тяготит ранее взятое обязательство.

Оказалось, что случай представился даже раньше, чем предполагал Джон Норт.

Он зашел в кафетерий перекусить. Вслед за ним появился и Тед Клоусон.

— Позволишь присесть? — спросил тот бывшего одноклассника.

— Пожалуйста, садись. Как поживаешь? — дружелюбно поинтересовался Джон.

— Нормально, — ответил тот. — Ты уже в курсе, что наши постоянно видят медвежьи следы у самой кромки леса? Гризли! Задрал уже пару овец.

— Ну, на это есть несколько причин. Мишка проснулся слишком рано. Голод, холод и дурное настроение… — пошутил Джон.

— Все так, — озабоченно кивнул Тед.