А может, они просто ленились, в смысле чистки. Меня же этот процесс успокаивал. Да, рутина, но это как переборка и полировка монет для нумизмата. Есть в этом свой кайф, хоть и не всем понятный.

Два ружья уже лежали вычищенными и собранными, а я занимался «укоротом», разобрав его до последнего винтика. Даже магазины разрядил, чтобы впоследствии всё собрать так, как сам считаю нужным. Только в этом случае я смогу доверять оружию и быть уверенным, что оно не подведёт в ответственный момент. Понятно, что против бесов «Калаш» неэффективен, но, как показала практика, врагов у нас хватает.

— Привет. — Напротив скромно присела Люба.

— Угу, — буркнул я и продолжил заниматься своими делами.

— Я так испугалась, когда вас…

— Понимаю, — снова кратко ответил я.

— Что вы собираетесь с ним делать?

— С кем?

— С Пётр Фёдоровичем.

— Не знаю, пока не решил, — пожал плечами я. — Думал пристрелить, как бешеную собаку. Но вы ведь не оцените?

— Вот обязательно быть таким, а⁈

— Каким? — Я наконец поднял на неё взгляд.

— Чёрствым, — немного подумав, она всё же смогла подобрать более-менее нейтральное слово.

— Жизнь такая, — ответил я крылатой фразой и вернулся к сборке автомата.

— Вы не можете принимать такие решения…

— Послушайте! — перебил я девушку, грохнув ладонью по столу. — Этот ублюдок едва нас всех не угробил. Но можете не переживать за его жизнь, я не такой мудак, каким вам кажусь. Ни я, ни мои люди не станем его убивать, даю вам слово офицера. Так пойдёт?

— Пойдёт, — фыркнула медичка и выскочила из-за стола, всем своим видом показывая, что она на меня обиделась.

Почти тут же рядом со мной на скамейку плюхнулся Маркин и закинул локти на стол, оперевшись на него спиной.

— Милые бранятся — только тешатся, — с ухмылкой произнёс он.

— Тебе чё, больше всех надо? — огрызнулся я.

— На мне только зло не срывай.

— А ты не лезь под горячую руку.

— Я выяснил, кто Перепёлкину помогал. Хотя ты наверняка это и сам уже понял.

— Тот, что с автоматом был?

— Угу. Местный авторитет. В девяностые от него много шума было, а затем поутихло всё. Теперь честный бизнесмен, держит градообразующее предприятие. Лесопилка, что на окраине…

— Всё, теперь понял, где я его раньше видел, — перебил Рустама я. — То-то мне его лицо знакомым показалось. Вообще, это многое объясняет. О нём в городе только хорошее говорят, честным человеком считают.

— А по факту?

— Да хрен его знает. Он вроде зла никому не делает, платит хорошо, да и на работу старается всех брать, независимо от статуса. Другое дело, что тяжело там и многие бегут.

— Я вот одного не пойму: какого хрена он тогда с Перепёлкиным связался.

— Честно? Мне на причины вообще плевать. Это тебе мотив нужен, мне достаточно следствия.

— Что делать с ними будем?

— Поступим по справедливости, — усмехнулся я и, защёлкнув ствольную коробку, отложил собранный автомат в сторону, — Выставим их с кладбища к чертям собачьим. Пусть на своей шкуре попробуют то, что для других устраивали.

— Да они там и минуты не протянут. Проще их прямо на месте пристрелить.

— Ну, я же не такой мудак, как они, — повторил я то, что совсем недавно говорил медичке.