— Чума-а-а, — выдохнул я. — Как это у вас получилось?

— Опять ты за своё, — строгим голосом произнёс священник и несколько раз перекрестился. — Не поминай рогатого, тем более в моём доме.

— Простите, но я вроде…

— Вот именно, что вроде. Думай, прежде чем языком молоть. Каждое слово в себе силу содержит, а ты проклятия направо и налево раздаёшь. Чума — это всадник, он с собой болезни и голод несёт. Я тебе от боли избавиться помог, а ты мне её назад в виде проклятия кидаешь.

— Простите, пожалуйста. — Мне откровенно стало стыдно. — Я что-то не подумал.

— А в этом и есть твоя беда основная. — Он ткнул меня пальцем в лоб. — Ладно, пошли за стол. Поужинаем вначале — после поговорим.

Глава 4

Вечная память

Уже четвёртый пирожок исчез в моей утробе, а рука снова потянулась за следующим. А ведь прежде чем сесть за стол, я действительно не собирался есть. Но стряпня матушки Анастасии оказалась поистине бесподобной. Пироги огромные, едва на ладони умещаются, тесто пышное, начинка распределена равномерно и попадает в рот с первым же укусом. Живот уже полон, а я всё не могу заставить себя остановиться. Отец Владимир внимательно следит за мной, не скрывая улыбки. Но смотрит без осуждения, напротив, взгляд доброжелательный.

— Спасибо. Было очень вкусно, — поблагодарил я священника за угощение.

— Ещё бы, — усмехнулся он, — Не просто так у меня килограммы прирастают. Балует меня Настя. Ну, как ты? Готов к разговору?

— Зачем бы я ещё приезжал? — ответил я вопросом на вопрос. — Не за пирожками же.

— Ха-ха-ха, — расхохотался отец Владимир, — А ты заезжай, не стесняйся. Ладно, пойдём погутарим.

Отец Владимир поднялся со стула, и я двинулся следом за ним. Странное чувство не покидало меня всё это время. Нет, ничего плохого, скорее необычно и даже несколько неуютно от назойливого, пристального внимания к моей скромной персоне. А ещё маячило некое предчувствие скорых перемен. Не знаю, как объяснить. Просто я чувствовал, что моя жизнь скоро изменится. Не в лучшую и не в худшую сторону, но непременно станет другой.

— Если хочешь, можешь курить, — разрешил священник, когда мы выбрались на задний двор.

Здесь у него была оборудована веранда. Приличного размера, почти шесть на шесть. Плетёная мебель на поверку оказалась из пластика, и всё же сделана добротно, качественно. По взгляду даже не отличить от настоящей, из лозы.

Он уселся в кресло, подвинул поближе ко мне пепельницу и указал ладонью на место напротив. Я опустил на него зад, выудил из кармана пачку сигарет и с удовольствием втянул в лёгкие дым. Пагубная привычка, отчего избавиться от неё в разы сложнее. Особенно тянет за сигаретой после вот такого плотного ужина. Ну или с утра, в сортире.

— Что происходит? — спросил я первое, что пришло в голову.

— Это смотря о чём ты? — переспросил священник.

— Я о сущностях… Кто они и что им от нас нужно?

— Увы, на эти вопросы я вряд ли смогу вразумительно ответить. Всё, что я знаю, уже рассказал. Мы считаем их демонами, а вот их цели… Хм-м, я и сам был бы рад о них узнать.

— Вчера… — Я вдруг захотел рассказать о том, что видел и слышал вечером, но почему-то замешкался.

— Здесь ты можешь говорить открыто.