— Когда продашь квартиру, можешь пожить у нас, — предложила она Одетте.

— Где, в Штатах? — спросила Одетта, улыбаясь сквозь слезы.

— Да нет, глупая. У нас дома — в Белсайз-парке. Мы ведь все равно раньше марта не тронемся. А к марту ты опять будешь прочно стоять на ногах — уж можешь мне поверить.

— Правда? — Одетта высморкалась и подняла на подруг глаза. Она отчаянно нуждалась в их поддержке.

— Разумеется, — кивнула Эльза. — Кстати сказать, ты можешь пожить и у нас с Йеном. В нашем новом доме для тебя всегда найдется комната.

Одетта благодарно улыбнулась. Она чувствовала себя, как маленькая девочка в окружении заботливых родственников. Они любили ее, готовы были ей помочь, но — увы! — совершенно ее не понимали.

Она оглядела свою гостиную, которую освещал только голубой экран телевизора.

— Пока что я свое жилье не потеряла…

— И не потеряешь, — уверенно заявила Джун. — Потому что будешь за него бороться. Этому ублюдку Калуму не удастся тебя разорить. Ты для этого слишком умна. Не могу припомнить, чтобы ты совершила хотя бы один глупый поступок.

— Я в него влюбилась, — тяжело вздохнув, сказала Одетта. — И это самая большая глупость, которую я сделала в своей жизни.

24

Когда Одетта вышла из здания суда, где рассматривалось бегство ее подопечного, дожидавшаяся ее на улице Монни вопросительно подняла на нее глаза.

— Мне дали время до Нового года. Если Крэйг и тогда не объявится, значит, придется платить, — сказала Одетта, дуя на замерзшие руки.

— Ты уж меня извини, — плаксивым голосом сказала Монни, наведываясь в сумку за бумажным платком. — Не надо было мне впутывать тебя в это дело.

— Откуда тебе было знать, что Крэйг смоется? — спросила Одетта, погладив сестру по плечу. — Кстати, ты по-прежнему не имеешь о нем никаких известий?

Монни покачала головой и трубно высморкалась.

— Я всех обзвонила. И его родственников, и его друзей. Никто ничего о нем не знает. Он словно в воздухе растворился. Я уже спрашиваю себя: жив ли он?

— С ним все хорошо, — уверенно сказала Одетта. — Дождись только Рождества — сама увидишь. — Одетта потерла замерзшие ладони, мысленно выругав себя за то, что забыла захватить перчатки.

— А кто тебе сказал, что я хочу его видеть? — Монни гордо вздернула вверх подбородок. — Может, я повстречаю другого мужчину. Положительного — не такого, как Крэйг.

— Монни, ты же на шестом месяце! — рассмеялась Одетта.

— Ты права, — помрачнела Монни. — Это все пустые мечтания. Кому нужна жирная корова с двумя детьми и третьим на подходе, верно?

В кабинете Одетту дожидались свежая роза и свеженький факс, прочитав который она взвыла так, что ее вопль проник даже сквозь снабженные звукоизоляцией стены.

Одетта в сердцах швырнула розу о стену. Цветок в буквальном смысле рассыпался на составляющие элементы, устлав лепестками ковер у окна.

Эльза и Йен собирались на следующее утро отбыть в Шотландию, где намеревались встретить Рождество. По этой причине весь день до отъезда Эльзе предстояло стирать и бегать по магазинам, выбирая подарки для шотландских родственников. Вместо этого Эльза позвонила Спайку Джеффрису и договорилась встретиться с ним в новом культовом ресторане «Кеннел».