И гулкая тишина, понемногу превратившаяся в пустоту.

   ***

   Ветер протяжно выл, швыряя снежинки в открытое окно коридора.

   Ниал всегда любил ветер. Неудивительно: воздух его стихия, хоть хумара и не назвал бы себя опытным заклинателем. Но именно власть над воздухом делала его характер лёгким и изменчивым, оставляя, однако, где-то внутри крепкий стержень раз и навсегда определённых для себя идеалов. Как ветер, вбирающий в себя запахи, но остающийся собой, несмотря ни на что...

   Хумара грустно улыбнулся, наблюдая танец снежинок. Подчинить ветер - здесь, практически в центре королевства волшебников, люто ненавидящих демонов? Нет, он ещё не настолько сошёл с ума. Хотя иногда эта мысль казалась привлекательной - например, в такие вот тоскливые вечера.

   Одинокие вечера.

   -Ваше Сиятельство, - раздалось за спиной, и Ниал обернулся, равнодушно глядя на склонившегося перед ним лакея, - Её Высочество, принцесса Рассветная, просит Вас явиться на бал сегодня. Вот, её приглашение.

   Ниал посмотрел на украшенный алыми розами конверт. И, покачав головой, отвернулся.

   -Передай Её Высочеству, что я благодарен, но не могу посетить её празднество из-за плохого самочувствия, - ложь, как и все отказы до этого. Но Ниала совершенно не тянуло "в свет", с тех пор, как... С тех пор как Тиа оставила его. Да, именно так - после вечера в Лионе, Ниал очнулся в спальне, в своём замке. Один. И впору бы подумать, что всё приснилось, но золотой единорог висел на шнурке у него на шее - и не снимался, никакими средствами.

   И спустя два месяца Тиа никак не давала о себе знать... А ведь даже не выслушала его - хотя было бы что слушать! Ну как он мог оправдаться? Соблазнял - да. Хотел убить - да. А что влюбился и передумал - да кто ж этому поверит?

   Но он действительно влюбился - до одури, до тумана в голове и образа чернявой художницы перед глазами. Теперь она мерещилась повсюду, он видел её во всех девушках, когда сдуру устроил бал, пытаясь отвлечься. Но бывшее когда-то приятным развлечение превратилось в пытку.

   Что ж, пожалуй, Повелительница нашла самое действенное наказание из всех возможных...

   -Как прикажете, Ваше Сиятельство, - откликнулся слуга, выпрямляясь. - М-м-м... ещё... Я прошу прощения, и это не моё дело, но...

   -Что? - равнодушно произнёс Ниал, не оборачиваясь.

   -Там... в вашем внутреннем дворике, - замялся лакей принцессы, - девица какая-то странная на гитаре тренькает и ...э-э-э... орёт. Говорят, третий час орёт. Уж окоченела вся, скоро голос потеряет. Вы её... может, внутрь пустите?

   -Какая девица? - растерялся Ниал.

   Лакей пожал плечами.

   -Да Вы сами посмотрите, - кивнул он на последнюю в коридоре дверь. - Она как раз под окном Вашей спальни сидит.

   Слуга откланялся, оставив Ниала, который, помедлив немного, действительно направился в спальню. Там было всего одно окно, которое он и распахнул. В натопленную комнату тут же ворвались ветер и снег. Но хумару это не волновало - уже.

   Внизу, запрокинув голову и подставив лицо снежинкам, сидела Тиа и самозабвенно завывала какую-то песенку - Ниал даже узнал слова, сам однажды исполнял, кажется, той же принцессе. Только серенада на этот раз отличалась оригинальностью, хотя бы из-за голоса. Когда-то Повелительнице кто-то очень долго и с наслаждением топтался по уху, потому что она и впрямь орала словно кошка.

   Ниал не помнил, как именно спустился - или точнее, слетел - вниз. Как чуть ли не охапку схватил возмущённо вякнувшую волшебницу и на руках занёс наверх, в спальню. Зато очень хорошо запомнил охрипший голос Тии, непрерывно произносивший "ангел, мой прекрасный ангел, как.