– Я попробую, – сдалась под напором Сикорская. – Но если у меня не получится…

– Всё получится! – отрезала вожатая. – Ребята помогут, правда, ребят? Ладно, по главным ролям решили, с остальными сейчас определимся. Семён, ответь лучше на такой вопрос. Финал. У Шекспира влюблённые убивают себя, но мы не может показать что-то подобное.

– И не надо! – я тут же сообразил, в чём проблема. – Нам трагедии не нужны, поэтому в нашей версии молодые коммунисты бегут из проклятого царства капитала в лучшую страну в мире – Советский Союз! Лучше всего это будет снять в виде катера с ребятами на борту, уезжающего в красивый закат. Снимем с двух точек, с берега и с квадрокоптера, потом совместим при монтаже.

– Да… – подумав, кивнула головой Полина. – Такую версию, пожалуй, нам одобрят. А что насчёт Меркуцио? Убийство…

– Геру убивать не будем, – отрезал я. – Никого не будем. Достаточно будет показать драку и раненых героев. Нам же не нужна трагедия, значит, и смерти не обязательны. Сделаем лучше разгон демонстрации рабочих из профсоюза полицией под предводительством Тибальта… надо, кстати, его как-нибудь обозвать.

– Костя! – выкрикнула с места Нарана, а когда все удивлённо уставилась на неё, пискнула, стараясь сжаться в клубочек, но, переборов себя, пояснила: – П-просто я читала, что у Шекспира Тибальт так назван, потому что он задиристый, как кот. А Костя похоже на кота.

– Респект и уважуха, как говорят на загнивающем Западе, – я показал девушке два больших пальца и повернулся к вожатой. – Видишь, Поль, какие у нас ребята начитанные и сообразительные? Разве можем мы с такой командой облажаться? Да не в жизнь! Всё будет в лучшем виде!

– Не сомневаюсь! – хлопнула в ладоши Полина. – «Любопытные мартышки» лучшие!

– Да, да, – почти половина ребят, и я в их числе, скривились, от напоминания прозвища нашего отряда. – Конечно. Интересно, кто такой креативный, я бы с удовольствием пожал ему шею.

– Так, отставить кровожадные мысли! – вожатая сама понимала, что название не очень, поэтому использовали его мы редко… почти никогда. – Хорошо, давайте прикинем, какие ещё роли нам нужны обязательно, а остальное будем думать, когда со сценарием окончательно определимся. И пойдём обедать. Итак, кто хочет быть Меркуцио, то бишь Герой?

Роли распределили быстро, тем более что, кроме того, самого Геры, Тибальта, буржуя Капулетти и рабочего Монтекки решили пока не вводить. После обеда сядем за сценарий, и видно будет, тут Полина была полностью права. Да и то, надо подумать, например, нужен нам отец Ромео в кадре, и если нужен, то когда? Короче, масса вопросов и мало ответов.

– Семён, на секундочку, – поймала меня Полина, когда все начали расходиться по комнатам, чтобы привести себя в порядок перед обедом. – Пошли поговорим. Буквально пара минут, успеешь ещё.

– Да хоть десять, ради ваших прекрасных глаз, товарищ Полина, я готов голодать месяцами, – я не удержался от комплимента. – Надеюсь, Русик с нами не пойдёт.

– Трепло, – беззлобно хлопнула меня по плечу вожатая, но при этом слегка покраснела. – Я именно об этом и хочу с тобой поговорить.