– Ну, чего встали? – подобрался старший. – Пошли этого козла гасить.

– Может, ну его на хер? – неуверенно заявил параноик. – Что-то мне не по себе как-то – предчувствие нехорошее.

– Рот закрой, – огрызнулся главарь, – накаркаешь ещё.

Пятёрка бойцов медленно двинулась в сторону посёлка, а мы так и продолжали прятаться в кустах.

– Давай-ка свалим отсюда, – дождавшись, когда конкуренты отойдут подальше, прошептал Клаус.

– Да щас, – ухмыльнулся я. – У меня зверь некормленый, да и босс этот – наш, мы первые пришли.

– Их пятеро и трое из них при огнестрельном, – кивнул в сторону посёлка тот. – Предлагаешь на них с одним обрезом и мечом налететь?

– У нас ещё Шершавый есть, – пожал я плечами. – Поможет, надеюсь.

– Ты волка Шершавым назвал? – закатил глаза Клаус. – И за каким хером я с тобой связался? Никакой в тебе серьёзности нет…

– Не ной, – отмахнулся я. – Есть у меня одна мыслишка, погнали.

Пригибаясь, мы осторожно обошли кустарник и выбрались на параллельную улицу. Теперь главное – не упустить из виду конкурентов, да и самим на глаза не попасться.

Ребята не выглядели полными лохами: едва вошли в посёлок – тут же притихли, постоянно осматривались и даже подсаживали друг друга, чтобы проверить наличие местных за заборами. При этом двое всегда расходились на перекрёстки, так сказать, «на шухере постоять». В общем, действовали они слажено, единой командой и без лишних слов.

При такой расстановке сил за ними следом не пойдёшь, потому пришлось рисковать и передвигаться вслепую. Краем глаза заметил, что волк сократил дистанцию с нами метров до трёх. Слышит зверь, как адреналином пахнет, и не тем, который от страха выделяется и штаны заполняет. Так пахнет азарт охотника.

Кажется, что он бредёт не спеша, немного опустив свою морду к земле. Вот только осанка сделалась более хищной, нос находится в постоянной работе, а глаза приобрели тот самый блеск. Я для него вожак! Сильный, удачливый, только рядом со мной зверь чувствует себя сытым. Он видит, как я убиваю, слышит запах крови и получает долю в добыче, ещё тёплой, сочной.

Сегодня он впервые отработал её кусок, но если не будет участвовать в драке, я не дам ему еды. Больше он ничего не получит, пока не докажет свою пользу в стае. Иначе никак и, кажется, он уже сам это понял.

Нам удалось обойти пятёрку участников и вырваться немного вперёд. Я сразу свернул в ближайший двор, предварительно убедившись в отсутствии хозяев. Музыка и крики доносились совсем рядом. Примерно дворов пять и здравствуй куча нечисти.

Я уже насмотрелся на жизнь аборигенов и с уверенностью в девяносто процентов знал: все соседи на тусовке. Чем ближе к этому шуму, тем меньше шансов нарваться на неприятности. И вдруг Клаус чихнул.

– Ты совсем без ума? – обернулся я к нему, а тот уже растянул рот и задрал голову, для повторного захода.

– А-а-хумр-р-р! – сдавленно выдал он, прикрывая лицо рукой, но мне показалось, что нас даже сквозь музыку слышно.

– Руки в гору, – тихий шёпот за спиной лишь добавил позитива.

Я только собирался ответить что-нибудь эдакое, как вдруг в носу всё зажгло. Теперь мы с Клаусом, вытирая слёзы, чихали вместе и делали это поочерёдно, словно цилиндры в двигателе.

Нас спасла осечка. Сухой щелчок оборвал стук сердца, а затем оно запустилось в таком бешеном ритме, что едва через горло не выпрыгивало.

Я активировал Сирену. Вообще, мне хотелось сделать это иначе: самим стать неожиданным сюрпризом для ребят, но теперь уже как вышло.