Итого, половина ярости минус, а на счету всего восемь из тридцати восьми. Не очень приятная арифметика, по крайней мере, пока явно не в мою пользу. Ну да ничего, обязательно что-нибудь придумаю.

В крайнем случае крови вокруг хватает, костюм врубит защиту, и я смогу переждать, пока накопится энергия в качестве болванчика. В общем, думать об этом буду потом, сейчас нужно вывести из строя как можно больше противников.

Тот десяток, что столкнулся лбами, всё ещё напоминал кишащую кучу, которая пыталась заново сгруппироваться, но, естественно, я не собирался предоставлять им эту возможность.

Асфальтная крошка вылетела из-под моих ног, а руки помогли ускорить рывок, и я со всего разгона врубился в кишащую кучу. Брызнула кровь, раздались визги раненых, но это лишь ещё больше меня раззадорило. А бил я, не разбирая, где что находится, просто махал руками, будто колхозная молотилка и перерабатывал на фарш всё, что попадалось на пути.

Вот сейчас результат более или менее удовлетворительный. Осталась четверть ярости и минус восемнадцать, если считать от начала схватки. Но в живых ещё два десятка, я на двести процентов не успеваю, а стражи, кажется, поняли свою ошибку и теперь не спешат атаковать. Рассредоточились вокруг, выделяясь красными пятнами в тумане, и ждут.

– Ну?! – прорычал я, но закончил свой вопрос уже в человеческом облике. – Чего вы ждёте?!

Ответ не последовал, как и продолжение атаки. Хотя сейчас я уже не видел их, всё пространство снова погрузилось в непроницаемую пелену тумана. Лишь где-то позади слышался жалобный скулёж, а этот голос я узнаю из миллиона других – Шершавый.

Отчего-то я совсем не переживал за собственное здоровье и спокойно направился на звук. Сказать, что я повернулся спиной к опасности, будет не совсем верно. В последние мгновения я видел, что стражи распределились по кругу, а следовательно, ударить в тыл могли в любом, моём положении.

Волк проявился из тумана метра через два, вначале просто тёмным, расплывчатым пятном, но вскоре я уже смог увидеть всю ситуацию.

Зря переживал, он не был ранен, просто на него сверху шмякнулась туша стража и хорошенько его придавила. Шершавый безрезультатно цеплялся за асфальт, пытаясь выбраться из-под тяжёлого тела, и жалобно скулил, взывая о помощи.

– А я тебя предупреждал, что большие дяди зашибить могут, – ухмыльнулся я, но всё же друга в беде не бросил.

Ухватил тело стража за лапу и стянул в сторону. Волк сразу выскочил, не забыв при этом поджать хвост. К слову, он у него всегда висит, будто ненужный отросток. Я всего раз видел, чтобы он вилял им, словно щенок, и такой чести удостоилась Света.

Шершавый спокойно уселся и принялся вылизываться, что в свою очередь говорило: опасности больше нет. Стражи или ушли или всё ещё сидят вокруг, но атаковать отчего-то передумали.

– Ну?! И это всё?! – прокричал я в туман.

– А ты не ори, динамики сядут, – прозвучал в ответ до боли знакомый голос.

А Шершавый тут же объяснил мне, кто это вдруг к нам пожаловал. Хвост заходил, будто маятник, на морде появилось придурковатое выражение и он, весело повизгивая, растворился в тумане.

– Вот тебя мне только не хватало, – буркнул я в ответ. – Опять пришла морали читать?

– А тебе разве не всё равно? – донёсся ответ Светланы.

– Чё надо? – перешёл я сразу к делу. – Я вроде как твою просьбу исполнить пытаюсь. Или у нас что, снова другие планы?

– Нет, планы всё те же, – прозвучал насмешливый голос. – Осталось недолго, скоро ты сам всё поймёшь.

– Да чтоб вас черти дрючили! – крикнул я. – Задрали уже со своими загадками!

– Это не наша вина, – ответила Света.