– У вас, господа, не совсем верная постановка вопроса, – вежливо произнёс я. – Не стоит заранее включать в него намёк на отрицательный ответ, если не желаете получить отказа.

– Чё? – вылупил глаза самый разговорчивый из них, а точнее, единственный, кто пока издавал звуки.

Второй представитель гоп-компании присутствовал молча, лишь сурово хмурил брови.

– Слышь, Кнут, он кажется борзеет, – тем временем совершенно нелогично продолжил первый, – Ты чё ёпт, бессмертный?

– Кот, да вынеси ты этих придурков, – возмутилась Кнопка, – у меня от их тупости зубы сводит уже.

– Извините, господа, дама просит, – слегка склонил я голову и вдруг резко метнул топор.

Тот сделал в воздухе неполный оборот и тыльной стороной ударил в лицо молчаливого парня, не знаю почему, но я посчитал его наиболее опасным. Тот сразу присел на корточки и схватился ладонями за лицо, а по рукам обильно бежала кровь из разбитого носа.

На несколько секунд его можно больше не воспринимать, как опасность.

Первый тут же выхватил нож и слегка присев принялся перекидывать его из одной руки в другую.

– Ну чё, с-сука, нет больше топорика, а? – ехидным голосом поинтересовался он и сделал первый выпад.

Да, топорика больше нет, но присутствует ножичек побольше твоего. В тот момент, пока его рука с ножом стремилась к моему животу, я слегка повернул корпус, пропуская его мимо, слегка скользнул назад и рубанул по запястью мачете.

Вообще, я хотел, чтоб получилось красиво, всё же перед девушкой стараюсь, не просто так. Но вместо того, чтобы отсечь кисть полностью, мачете лишь прорубила часть связок и сломала кости и теперь рука осталась мотаться на куске кожи, обнажив осколки костей.

Нож выпал из утративших удерживать что-либо пальцев, а округу огласил крик боли. Теперь второй уселся на корточки, прижимая кровоточащий обрубок к животу.

Я же, не останавливаясь, со всего размаха опустил мачете на голову Кнуту. Но к моему удивлению, не смог пробить кость, однако очень хорошо разрубил кожу. Парень резко вскочил, сделал несколько шагов назад и рухнул на задницу.

Кровь из раны на голове заливала лицо, превращая его в жуткую маску. Но именно её вид пробудил во мне задремавший ненадолго азарт.

Я с хищной улыбкой приблизился к сидящему за заднице противнику и наотмашь рубанул его по лицу.

В отличие от своего орущего приятеля, этот продолжал сносить побои молча, а мне так не нравится. Я хочу видеть ужас, хочу слышать крик, полный отчаяния и боли.

Сзади раздался глухой металлический стук, затем ещё и ещё, пока крик не затих, и не превратился в хриплый стон.

А мой противник всё так же молча смотрел на меня глазами, полными ужаса и попытался прикрыться от очередного удара вытянутой вперёд рукой. Я почувствовал, как лезвие мачете заскоблило по кости, боль наверняка адская, но почему он молчит?! Наношу ещё несколько ударов по плечам, мясо разрубает с противным, чавкающим звуком. Уже невозможно узнать человека в этом залитом кровью куске мяса, но он упорно не хочет кричать.

– Да что ты над ним издеваешься-то? – оттолкнула меня в сторону Кнопка и с размаха опустила ему на голову гвоздодёр.

Снова раздался этот глухой стук, который повторился несколько раз, пока звук не сменился хрустом. Парень свалился, задёргал ногами, а девушка склонилась над ним и ещё несколько раз добавила ему железкой по черепу.

Она успокоилась сразу, как только перед глазами всплыла надпись с указанием статистики полученного прогресса.

– Да что с тобой не так? – затрясла она меня за плечи.

– А чего он молчит постоянно? – попробовал оправдаться я.