М-да, туговат на мозг, но ведь главное – результат. И вот что мне с ним делать? С одной стороны, ему и так жить осталось два понедельника, максимум три, с другой, блин, жалко его – хороший вроде мужик.

– Выходит, что так, – ухмыльнулся я. – Ты давай только без резких движений, ладно?

– Тю-у-у, – как-то странно повёл себя старик, натянул на лицо хитрую улыбку и прищурил глаза: – А не пи*дишь ли ты часом?

– Вот сейчас не понял? – откровенно удивился я.

– Тимоха сказал, что колдун – шкаф здоровенный, – пустился в объяснения тот. – Метра два ростом и в плечах почти столько же, а ты только по росту подходишь. Да и рожа у тебя жуткая должна быть, а ты вроде ничего так, симпатичный даже. Хотя рана твоя, конечно, подозрительная…

Дед ещё долго прибегал к дедукции, сопоставлял факты, анализировал данные. Я спокойно выжидал, пока он придёт к выводам, но тот очень увлёкся расследованием и всё никак не унимался. Стало даже надоедать это монотонное бормотание с внезапными вспышками озарений.

– Так и получается, что ты это, – наконец пришёл к окончательному решению он.

– И как тебя бабка твоя не пришибла ещё? – усмехнулся я. – Мёртвого поднимешь своим бормотанием.

– Померла старуха моя уж лет десять как, – тяжело вздохнул тот, – а поговорить не с кем. И чего теперь? Выходит, я тебя поймал? Убьёшь меня или проклятье страшное наложишь?

– Ну, наложить я могу только кучу, – потёр я переносицу и снова вернул руку на цевьё. – Колдун из меня так себе…

– Так, может, это, договоримся давай? – с надеждой во взгляде произнёс старик. – Я можть и старый ужо, а помирать всё одно не хочется.

– Так ты предлагай, а я подумаю, – пожал я плечами.

Убивать старика совершенно не хотелось. Странное чувство – я такое впервые испытывал. И очень странно, что внутренний голос, точнее, второе моё сознание, до сих пор молчало. Я второй день взывал к нему, но в ответ тишина, и это уже начинало напрягать. Привык я к его язвительным замечаниям.

– Так, взять с меня нечего, кобылу разве что, но она едва ли моложе моего будет, – снова пустился в рассуждения дед. – Денег у меня тоже с гулькин нос…

– Довези меня до столицы, и всё, – прервал его я. – Затем можешь даже моё описание властям передать, особенно то, что тебе Тимоха поведал.

– О-оспади-и-и, – тяжело вздохнул дед. – Грех то какой на душу возьму.

– Ну или смерть, – развёл я руками. – Тебе решать.

– Ай, ладно, уговорил, – хитро прищурился тот и махнул рукой. – Правда что, змей искуситель.

Мне даже как-то полегчало немного, только рука беспокоила. Местные, видимо, ничего не слышали о слове «подвеска», так что телега имела жёсткую конструкцию, отчего в ней нещадно трясло на вымощенной камнем дороге.

Это же надо было столько сил потратить на её строительство? А в итоге только хуже стало, ведь совершенно невыносимо по такой передвигаться. Даже лошадь иногда оскальзывается.

Волчара так и бежал за нами, чуть отстав. Если кобыла раньше реагировала на его присутствие с опаской, то сейчас, видимо, привыкла. А может быть, поняла, что зверь не собирается вгрызаться ей в горло?

Поле вновь сменил лес. Огромные сосны по обочине раскинули могучие ветви, образуя некий навес над головами и, казалось, будто мы движемся внутри огромного зелёного тоннеля.

Запах и воздух кружили голову, тело привыкло к постоянной вибрации повозки, и я даже немного задремал.