Стафорд как был в обороте волка, так там и сел, поджав хвост и уши. С немым удивленьем взирая на то, как изувер повинный в смерти тысяч оборотней, бережно прижимает к себе волчицу и шепчет ласково: «Все хорошо, все хорошо… У тебя получится, просто поверь мне на слово и обернись». И через несколько мгновений в руках Наз Завайя оказалась израненная красавица в разодранном платье. Она не оттолкнула его, наоборот вцепилась в плечи окровавленными руками, зарыдала на груди.

- Прости…, прости меня! - всхлип горький тяжелый с надрывом: - Пожалуйста, прости. Я не думала, не знала… Я же на могилу твою привела его…, чтобы…, чтобы попро-по-прощался. А он…, он…!

- Что ты, что ты… - шепчет ей некромант: - Пустое, все пустое… - И отстранив ее от себя, спросил: - Теперь-то ты мне правнука покажешь?

Задрожала, забилась в истерике, завыла, отчего с потолка пещеры посыпалась мелкая крошка:

- Я не знаю,… жи-и-и-ив ли он! Не слышу…! Н-не чу-у-увствую… Он-он… он не отзывается.

- Тихо! - прикрикнул мертвец, сжав плачущую до хруста в ребрах. И поглаживая ее по голове, зашептал: - Жив он, жить будет, отзовется. Только позволь мне его увидеть… Дай разрешение, увидеть и услышать его.

Дочь ночи вскинулась, зашипела, глотая слезы:

- Даю! На все даю… Прости меня, прошу… спас-си его. Умо-о-ляю! Я все отдам, я за тобой уйду, то-то-лько его спаси… прошу!

- Ох, глупышка… - образ мужчины развеялся, перед Экхеей предстала кареглазая, которая, стянув с себя плащ, укрыла оборотницу, приговаривая: - Я сам отдам за вас все и никогда не пожалею об этом.

- Никогда или никого? - хмыкнул Стафорд.

Но одержимая не ответила, поцеловала волчицу в лоб, поднялась с колен:

- Сейчас мы принесем его, а Вастар тебя посторожит. - И, обернувшись к проходу, в котором только что появился белый поджарый волк, чуть громче спросила: - Правда, старый?

- Твою мать! - ругнулся тот, оглядывая каменный зал, наручники, цепи и пленницу, освобожденную из них.

- Ничего не трогайте, - приказал некромант. Подойдя вплотную к Белому варвару и ухватившись за его загривок, он добавил: - Мы сейчас вернемся.

Прикосновение Аришкиной ручки к седой шкуре волка, отозвалось холодом сковывающим тело оборотня.

- Проклятье, - только и выдохнул барон сквозь зубы.

Очнулся через мгновение на пустыре, заваленном деревьями и каменными осколками. Один. А где же? Холодный пот проступил вдоль спины, и стальной обруч сдавил ребра, так что каждый вдох дается с трудом. А запах кареглазой теряется в сильном ветре, и не понять здесь она все еще или исчезла.

- Ариша! - позвал он пронзительно громко. - Аришка… Ари…!

И ветер отозвался на призыв, донес обрывок сердитого ворчания, так похожего на ее голос:

- Разорался…, сучий потрох! Бесто…лочь… - и уже громче. - Да здесь я…, то есть она! Здесь.

Барон осмотрелся вокруг, прищурился, завидев маленькую фигурку, размахивающую руками вдали. И вправду, не исчезла, и не ушла далеко, всего-то в километре от него стоит пронизываемая ветром, дрожит и с ноги на ногу переступает. Сын ночи увидел и губы дрожащие, и мертвенно бледную ее кожу, разозлился, разделявшее их расстояние пролетел стрелою и, обернувшись человеком, сорвал с себя плащ, чтобы укутать одержимую.

- Ну, и зачем? - прохрипел некромант.

- Тебе может и не холодно, но Аришу мне не морозь! - рыкнул Стафорд.

- Да не о том я, - отмахнулся мертвец, спешно кутаясь в тепло, пусть и пахнущее двуликим: - Обернулся зачем, ты мне волком нужен, чтобы могилу рыть.

- Кому? - насторожился Белый варвар.

- Не кому, а чью, - и место указал вод белой скалой. - Мальчишка на дне, так что будь осторожен.

- Он здесь?! - оборот не заставил себя ждать, и последний вопрос Стафорд прорычал, сдвигая часть скалы в сторону.