- Он здесь?! - оборот не заставил себя ждать, и последний вопрос Стафорд прорычал, сдвигая часть скалы в сторону. Только сейчас он ощутил запах волчонка и одежды, которая пропиталась ароматами пещеры, крови и тлена. Итак, запах есть, но только он. И настораживает то, что дыхания не слышно, да и энергии бьющей в теле не чувствуется. - Он там хоть живой?

- Ты точно Белый варвар глава стаи оборотней? - ехидно спросил некромант.

- Не сомневайтесь, - рыкнул волк, выворачивая камни из земли.

- Да я удивляюсь, что ты все еще веришь в сказки… Н-да, в таком случае я не буду рассказывать, что Густав со своей женой сделал, когда она его с твоей Те… - на имени леди Сивер, он запнулся, и продолжил нейтральным тоном, - с любовницей застукала. Сдается мне, ты и рассказа не переживешь…

Сын ночи фыркнул раздраженно. Шутничок, чтоб его! И не прекращая разрывать мерзлую землю, он поинтересовался с усмешкой:

- Если ваша кровь изувера столь сильна и через поколение, может, оставим ее на дне могилы вместе с правнуком?

- Копай молча, - фыркнул некромант. Он прошелся из стороны в сторону, подумал немного и сказал: - А еще ответь, ты будешь против, если вдруг… когда-нибудь совершенно нечаянно моя ветвь… - витиевато начал Наз Завай и остановился не в силах подобрать слова.

- Станет у власти? - насторожился барон оборотень.

- Мммм нет… породнится с твоей. Ты будешь против?

И взгляд у карих глазищ был такой хитрый и выжидательный, что ясно стало, говорить об «если» бессмысленно.

- Когда? - хмуро спросил Стафорд.

- В следующем поколении, - охотно сообщил мертвец и улыбнулся, как Аришка открыто и очаровательно.

В этот момент барону сильнее всего захотелось закопать могилу обратно и сделать вид, что его ни о чем не просили и не спрашивали, но как назло лапа коснулась деревянной крышки, и вопреки всем словам некроманта из гроба послышался едва различимый скулеж.

- Живой, - хмыкнул Белый варвар и, дав команду щенку, раскрошил доски одним ударом.

Осматривая изможденного мальчишку и укутывая его в куртку, любезно предоставленную бароном, мертвец непрестанно что-то шептал, положительное и ободряющее. А Стафорд отчаянно надеялся на несбыточность некромантских прогнозов, что-что, а породниться с этим… умником, ему совершенно не хотелось. И сидел он, привалившись к скале плечом, с кислым лицом взирая на возможного родственничка.

Черный.

А может быть, провиденье смилостивится над ним, и оборотня попросту пронесет?

- Было бы неплохо, - протянул он вслух.

- Возвращаемся, - скомандовал некромант и, передав ребенка на руки барона, с улыбкой взял главу белой стаи под локоток.

Наз Завай скалился, и эта его ухмылка раздражала не хуже холода, пронзившего шкуру и тьмы, сдавившей каменными оковами.

Как только все решится, я сам с радостью станцую на его костях, пообещал себе Белый варвар и расправил ссутуленные плечи. Но вот еще одно перемещение и в голове его звенит неимоверно, а перед глазами двоится. И стоило вдохнуть тяжелый воздух пещеры, как он рухнул на колени, не выпуская притихшего мальчишку из рук. Вот черная кидается к нему, забрать ребенка. Белые расходятся, пропуская ее к нему. Вастар брезгливо щурится на одержимую, а той все равно. Она блестит карими глазищами и вытирает слезы волчицы, приговаривая: «Вот видишь, все хорошо, все хорошо…»

22

- Что значит - отпустить?

Стафорда ощутимо потряхивало и качало из стороны в сторону. Удивительно. При перемещении во второе логово Экхеи и ее ребенка, а так же всей группы белых волков затратить силы должен был некромант, но выжатым себя ощущал только Белый варвар. И опять стоя в пещере Равийского герцогства, он держался поближе к стене, чтобы не упасть навзничь и, не дай Ночь, не предоставить собственную шкуру в вечное пользование бывшего правителя Тардема.