Но людоед сам же отвечал, жеманясь:

— Да, Прокруст, я дома. Заходи, гостем будешь.

Он тут же пояснил:

— Это я с внутренним голосом разговариваю. Мы любим иногда с ним побеседовать.

Пинком открыл дверь и протолкнул гостей внутрь с репликой басом:

— Я не один, Прокруст! Я с гостями!

И добавил так просто, без затей:

— Сейчас покушать сообразим. Вы что любите: головки или лапки?

— А кого есть будут? — пискнул Вилли.

Людоед схватился за брюхо и заржал:

— Умный будет, однако!

Прохохотавшись, он сообщил им:

— Сэры, я не успел наловить дичи. Увидел вас и поспешил проявить долг гостеприимства. Гости — первое дело!

— А на второе что? — не утерпел Джед. — Тоже гости?

Тут хозяин хохотал ещё дольше и громче.

— Ну, вы уморили меня! — не мог он остановиться. — Того и гляди, уговорят остаться постояльцами! Да вы на мою мясорубочку посмотрите!

Прокруст любовно хлопнул ладонью по лежанке с валиками — она составляла единственный предмет мебели в помещении.

— Гостям лучшее место! — льстиво проговорил хозяин. — Ну, кто первый желает отдохнуть?

Тут до Вилли дошло, кто их гостеприимный незнакомец.

— Господин Прокруст, — вежливо, но твёрдо сказал он, — мы не умеем, однако, на вашей мясорубочке отдыхать.

— Кто сказал про мясорубку?! — всполошился Прокруст. — Я сказал?! Ой, простота святая! Ой, опять проговорился! Да никакая это не мясорубочка! Не верьте вы этому Прокрусту, он и меня-то иногда сумеет обмануть! Прилягте на кушеточку, мон шер! Поверьте, как перина!

— Нет, мистер, — отказался Джед. — Вы нам сначала сами покажите.

— А вот обзываться ни к чему. — серьёзно отвечал Прокруст. — И во-вторых, я тоже не полный идиот. Кроме того, вы мои ножки не угрызёте. Зубы, знаете, не те. А головку мою не то что мясорубочкой, пардон, кушеточкой — гильотиной не взять. Титановый сплав, знаете.

Он развалился на кушеточке, которая при этом даже не скрипнула, подул в палец и искоса посмотрел на гостей.

— Стало быть, чайком сегодня балуемся? — грустно спросил людоед.

Встал, потянулся и лукаво произнёс:

— Вы тут приберитесь пока, а я сбегаю, заварку поищу.

Вышел и запер дверь.

— Вилли, мы бредим? — жалобно спросил Джед.

Тот не отвечал и бросился лихорадочно ворошить груды грязных плошек и мисок, сваленных прямо на полу.

— Нож, Джед! Нам нужен нож!

— А нож у меня при себе! — ответили из-за решётки.

Оба в растерянности опустили руки.

— Ушёл? — с надеждой спросил Фальконе.

— Я ушё-еёл! — донеслось издали. — Пойду папортников нарву! С папортниками, знаете, какой чай!

Гости опять бросились обыскивать жилище.

— Вилли, мы идиоты! — возбуждённо воскликнул Джед.

Он бросился ко входу и закрыл дверь на два массивных металлических засова.

— А вот и я, джентльмены! — весело объявил за дверью Прокруст.

Джентльмены молча затряслись.

— Ну что такое?! — обиделся хозяин. — Отойти на минуту нельзя!

В зарешеченном окошечке показалась его толстая физиономия. Он пытался заглянуть внутрь сразу обоими глазами. Получалось плохо.

— Я сейчас дуну, — серьёзно пообещал Прокруст.