— Изымаем реквизит, — сурово отвечал Фальконе.

Ворота распахнулись и двое всадников вырвались наружу. Как они и рассчитывали, выход вывел прямо на дно каньона. Там, по широкому каменистому дну бежала маленькая речка. Оба героя, не раздумывая, погнали коней вниз по течению. Едва они отъехали от стены и выбрались под солнце, как сверху раздался страшный визг:

— Караул! Последних коников свели! На чёрный день держал!

Над краем отвесной и высокой стены виднелась растрёпанная голова Прокруста. Приятели расхохотались и, более не обращая внимания на незадачливого людоеда, легко помчались на север.

Глава 30. Глюки и шизоиды

Людоед давно скрылся из виду, и его басовитые вопли постепенно утихли. Но, само событие ещё следовало обсудить. Теперь, когда мерзкая кушеточка друзьям больше не грозила, настала насущная потребность разобраться в обстановке.

— Мы спим и видим сон, — решительно высказал Фальконе. — В юрском периоде нет никаких прокрустов. Здесь и людей никаких быть не должно!

— Нет, джедай, тут всё сложнее, — не соглашался Вилли. — Нас глючит от старухиного пойла. Старуха опоила нас, и вот мы глючимся. Сам посуди, откуда здесь кому-то знать про титановые сплавы!

— Ничего подобного. Вот эта лошадь, ей тоже не время в юрском периоде. Но, она же есть. То есть, есть во сне. Я сплю и ты, Вилли, мне приснился. Это намного приятнее, чем шизнуться, подобно тебе.

— Ну, если я шизнулся, то мы с тобой не были в Стамуэне, не ели, не мылись, не спали. Скажи, откуда в твоём сне на нас столько грязи?

— Насчёт грязи я пока ничего не придумал, — ответил Джед, — но мне снится замечательный ручей. Здесь леса нет, и кровососов тоже нет, давай с тобой помоемся.

— Не стоило б, конечно, — бормотал Вилли, смывая с себя грязь. — По идее, надо бы нашизать приличную одежду, новые кроссовки…

— А ты наглючь хороший гамбургер и пепси-колу, — посоветовал Фальконе, старательно полоща в ручье одежду. — Для чего ты взял людоедово кресало?

— Пока я с тобой спорить не стану, — мудро отвечал осторожный Валентай. — Кресало пригодится. Кстати, вполне материальная вещица. Да тебе-то что? Во сне сколько ни ешь — сыт не будешь.

В жарком климате юрского периода вся одежда довольно быстро высохла. Правда, до нормального вида было очень далеко. Цвет хлопковых рубашек превратился в грязно-серый и оттого казалось, что путники одеты в мятую холстину. Да, это вам не гостиничные номера на межзвёздной станции!

Путь продолжался, и постепенно высокие стены каньона сошли на нет. Путешественники снова взяли курс на восток. Для этого пришлось взбираться на широкий и пологий холм, местами заросший папортникообразными и другими растительными видами. Оба приятеля были очень заняты, продолжая спор о том, глючит их или шизает.

В зарослях заколыхались кроны.

— Да не обращай внимания, — небрежно махнул рукой Джед — Наверняка какой-нибудь шизоид бродит.

Тут на реплику высунулась большая голова и с конкретным интересом уставилась на спорщиков.

— Тираннозавр! — дружно завопили дискутанты и изо всех сил погнали лошадей.

Лишь на сравнительно открытом пространстве оба остановились и перевели дух. Лошади заметно волновались.

— Хорошая, хорошая лошадка, — успокаивал Вилли своего скакуна. — Интересно, как его зовут?

— А ты спроси, — посоветовал Джед, — может, и ответит. Во сне не то, что лошади, и динозавры говорят.

Спор не подкреплялся доводами, помимо субъективных, и потому не имел большого смысла.