Фарид тихо скулил в стороне, а Мелкович тем временем пошевелил Занната. Ньоро глубоко вздохнул, заволновался, заговорил невнятно и вдруг сел. Он широко раскрыл глаза. Сон совсем не изменил его.

Заннат обрадовался:

— Вы все живы!

Следующим проснулся Моррис. Красавчик открыл глаза, легко поднялся и заулыбался своей очаровательной улыбкой. Ничего в нём не выдавало ни изумления, ни потрясения. Такое впечатление, словно он вышел из-за занавеса, чтобы раскланяться перед публикой.

Взгляды всех проснувшихся обратились к Алисии. Она продолжала спать и не отзывалась на зов. Её потормошили — никакой реакции. Она была неподвижной и только медленно дышала. Лицо её осталось прежним и сама она ни в чём не изменилась. Лишь румянец на щеках позволял думать, что сон Алисии Морешо был спокойным и приятным.

— А где же Рушер? — подал свой гнусавый голос Гесер. — Мы же с ним вместе сюда попали. Я слышал, как он спрыгнул сверху.

Рушера в пещере действительно не обнаружилось.

— Может, он проснулся прежде всех и сумел выбраться отсюда? — предположила Маргарет.

В ожидании прошло немного времени. Потом Фарид поднялся и, сильно горбясь, подошёл к чаше. Помедлил и выпил воды.

Все смотрели на него, затаив дыхание. Фарид немного постоял, подождал и пошёл обратно на своё место — в темноту. В его движениях не было и следа сонливости. Тогда решились Маргарет и Аарон. Они подошли к чаше, взялись за руки, посмотрели друг на друга и одновременно припали к воде. И опять ничего не произошло. Оба с едва заметным разочарованием в лицах вернулись и уселись на камни.

Боб с Нэнси тоже подошли и напились. И тоже не заснули. Боб был печален, а Нэнси мрачна.

Последними выпили воды Заннат и Моррис. Ничего, как можно предполагать, так и не случилось. Алисия же продолжала спать.

— Наверно, чудеса закончились, — с грустью произнёс среди всеобщего молчания Аарон Коэн.

Но тут пещера слабо осветилась и возникла фигура Эдны Стоун. Она была закутана в покрывало цвета пустынного песка.

— Не подходите и не прикасайтесь, — властно произнесла она и выставила перед собой ладони.

Собравшиеся было кинуться к ней с вопросами студенты остались на местах и изумлённо промолчали.

— Смотрите, слушайте, вникайте, — кратко приказала Эдна.

Свет ушёл, всё охватила тьма. Во тьме возникла точка. Она вдруг запульсировала, как зародыш в яйце, начала расти. Перемежались поточечно три цвета — красный, синий, жёлтый. Зародыш возрастал. Вся волнуясь, в потоках света вырастала сфера. Маленькая ещё, как детский мячик. Это новый мир. Рождение пространства, рождение звезды, рождение планеты. Смотрите.

Свет с криком ударил по глазам, и перед потрясёнными видением Смотрящими уже неслись воды океана. Золотые воды Ауруса, все в гребнях пурпура и малахита. Летели, взрывая волну, эйчварсы — серебряные молнии. Океан гудел. Воздух пел, как миллионы хрустальных колокольчиков. В зелёном небе — шесть разноцветных лун.

В глаза метнулся континент. Взлетели стаи крылатых людей с сиреневых, искристых гор Левиавира. И вот широко раскинулись бирюзовые воды другого океана. По ним неслись флотилии сибианов — по сто суден под облаками парусов. И третий континент, как многоцветная, драгоценная запятая, пересечённая цепью белых гор Мзивара. И снова мерцающие брызги и пение воздушных струй над сиреневыми водами и безднами Сиваруса.

Многоцветье водопадов ниоткуда, пурпурные озёра, фонтаны синих вод, деревья высотой до неба и чернокаменные горы материка Урсамма.