Тогда Фарид вылез из своего угла и, уже никого не опасаясь, отнял руки от безобразного лица. Его обезьяньи губы покривились.

— А как же я? — плаксиво он спросил у темноты. — Мне так и оставаться обезьяном?

Ответить было некому. Алисия продолжала тихо спать.

Фарид приблизился к щели и попытался унюхать что-нибудь своими широкими и чёрными ноздрями. Ничем не пахло. Он снова покружил вокруг.

— Ну хоть бы кто толкнул! — воскликнул он. Толкнуть Фарида было некому и он с жалобным обезьяньим рёвом нырнул в тоннель.

На некоторое время воцарилась тишина — портал не закрывался. Он продолжал всё так же неподвижно висеть в паре сантиметров над полом.

Воздух не поколебался, когда во тьме пещеры возникла новая фигура: Варсуйя — чёрная, как тьма. С лёгкостью тени она приблизилась к спящей, дотронулась до неподвижного лица и позвала:

— Королева Алисия! Железная Алисия!

— Я слышу, — чуть шевельнулись губы спящей.

— У тебя нет Спутника во сне. Я сообщаю тебе, королева, что твоё тело лежит в пещере. Что выбираешь, Спящая? Жизнь в твоём сне — это жизнь вечная, но твоё тело тотчас умрёт здесь, если ты выберешь свой сон. Или ты вернёшься в тело и войдёшь в новый, неизвестный тебе мир, где ты не правишь? Ты можешь там остаться, а можешь и вернуться. Выбор за тобой.

Алисия сидела на возвышении под балдахином. Вокруг неё весь её двор — разряженные и сытые. Площадь заполнена народом. Все покорны и с удовольствием любуются на казнь.

Гильотина чавкнула в последний раз. Корзина до краёв наполнена отрубленными головами.

Алисии вдруг стало скучно. Мятеж подавлен, зачинщики все казнены.

— Я не желаю умирать, — сказала она в тишину. — Я выбираю новый мир.

Варсуйя притянула портал и накрыла Спящую дырой в пространстве.

В разрушенном временем Стамуэне, прямо на центральной площади, на ветхих его камнях возникла тень. Варсуйя была чернее ночи, темнее самых тёмных углов в убогих хижинах додонов. Она подошла к спящей Аманде Берг, накрыла её своей чёрной пеленой и позвала:

— Амазонка, ты слышишь меня?

— Я слышу, — тихо ответила Спящая.

— Ты спишь, Аманда. Ты нашла свой город, ты выполнила обещание. И ты свободна, девочка. Пойдём со мной, пойдём в только что рождённый мир. Пойдём, прошу тебя. Ты так нужна там, амазонка. Пойдём, Непобедимая, тебя уже ждут. Пророчества должны исполниться.

— Я иду, — прошептала Спящая.

Варсуйя накрыла её с головой своим плащом, и место опустело. Только из-за стены украдкой выглядывала старая шаария и молча плакала.

* * *

— Идите, — сказала Эдна.

Мёртвые отдалились от стены, подошли к Камню и оглянулись на Кондора. Он мгновение поколебался и задержался, страшась неизвестности.

— Настало время, Мариуш. Верь в лучшее, — ободрила его Эдна. — Помни, я не зря решила стать Лгуннат.

Он ничего не произнёс, но поднялся на гладкую поверхность Камня. Двое мёртвых последовали его примеру и тоже встали рядом.

Из Камня заструился голубой огонь и через секунду образовался ровный столб света, как от мощного прожектора. Ещё мгновение — и все трое растворились.

* * *

— Альваар, ты с нами?

— Едва ли, Вилли. Подумай сам: кто скажет Варсуйе, что будет с Пространственником, со Стамуэном, с додонами. Да и с самой Варсуйей. Я войду в город и заставлю её выслушать.

— Стена тебя не пустит, — ответил Джед.

— Ну и простак ты, рыцарь! — засмеялся Альваар.