— В этом отношении я белая ворона, — сказал Мило. — Ни одной идеи, я в полной растерянности, тут все вопросы к психоаналитику.

— Ты очень хорошо будешь чувствовать себя в костюме Пьеро, — сказала Вейнесс. — Это не так будет бросаться в глаза, — и уже повернувшись к Глауену, добавила, — Мило считает, что желание выделиться говорит о бесцветности личности.

— Я об этом еще подумаю, — сказал Мило. — А теперь, если позволишь, я бы пошел спать.

— И я, — сказала Вейнесс. — Спокойной ночи, Глауен.

— Спокойной ночи.

Глауен отправился в свои комнаты. Шард окинул его взглядом с ног до головы и сказал:

— Похоже, для тебя задание было не труднее обычного экзамена.

— Все оказалось не так плохо, как я ожидал, — равнодушно ответил Глауен, — особенно, когда подумаешь, как Арлес марширует вокруг забора.

— Да, это самое большое утешение, — согласился Шард, — ну и что ты думаешь о своих краснощеких Натуралистах?

— Пока трудностей с ними не было.

— Уже легче.

— Сначала было не просто. Я думал, они начнут говорить об экологии или о питательных свойствах рыбного масла, но когда я об этом заговорил, то они не проявили никакого интереса. Наконец, я открыл бутылку Зеленого Цоквеля, и разговаривать стало проще. Но все равно, мне они кажутся еще какими-то скованными.

— Не у себя дома, да еще в незнакомом окружении, конечно, они чувствуют себя неуютно и стесняются.

— А чего им стесняться? — с сомнением покачал головой Глауен. — Они хорошо воспитаны и прилично одеты, и даже, можно сказать, довольно симпатичны. Хотя, девочка немного плосковата.

Шард поднял брови.

— Плосковата? У меня сложилось другое впечатление. Согласен, полногрудой ее не назовешь, но на нее приятно посмотреть… Ну, и какую тему для разговора вы, в конце концов, нашли?

— Я рассказал им про Сиско и ворованное оборудование. Их это очень заинтересовало… намного больше, чем я ожидал. Складывается такое впечатление, что на Штроме вопрос об йипи стоит в центре политики.

— Мне тоже так говорили, — согласился Шард, — одна из фракций уже готова изменить свои взгляды, по крайней мере, они уже признали силу и насилие как инструмент политики. Другая фракция состоит из старомодных Натуралистов, которых не так-то просто переубедить. Эти хотят, чтобы йипи или перестали плодиться, или покинули Кадвол, или и то, и другое вместе. Хранитель пока держит нейтралитет, но в частных беседах он, похоже, склоняется на сторону консерваторов.

— Мило в данном вопросе высказался еще более определенно, особенно после того, как внимательно выслушал теорию Чилка.

— Похоже, ты лучше информирован, чем я, — заметил Шард. — И в чем же заключается теория Чилка?

— Он считает, что йипи по кусочкам украли у нас целый флаер. Он говорит, что, согласно инвентаризационным ведомостям, хотя в них сам черт ногу сломит, произошло нечто подобное.

— Интересное замечание.

— Мило высказался следующим образом: «Если они украли флаер, то они хотят куда-то лететь, а если они украли оружие, то определенно собираются стрелять в кого-то».

— И все это из-за того, что ты нажал на курок незаряженного пистолета, — сказал Шард, потирая подбородок.

Без всякого стеснения Мило и Вейнесс скинули свои одежды и облачились в костюмы.

— Глауен сделал нас пестрыми и неузнаваемыми, — прискорбно сказал Мило, — и теперь мы, возможно, натворим всяких безобразий.