- Ну как, много проиграл? - посочувствовал Полянский.

- Не очень, карта весь вечер не шла, вот и отсиживался, как предмет интерьера. Правда, два последних кона кое-что пришло. Теперь послезавтра пойду корабль оформлять на себя. Ну и три с половиной пачки английских денег получил...

Судно было прекрасно, но не ко времени. Оно понадобится потом когда-нибудь, а сейчас лишь создаст мороку. Блин, нужно было деньгами брать. И почему разумные мысли так поздно приходят? Теперь, небось, весь свет Петербурга начнёт приставать, начиная от "дай посмотреть" до "давай поплаваем", а всякие Мальцовы вообще предложат заняться торговлей чаем с китаёзами. Хорошо, что на носу осенние манёвры... Зараза, вот ещё забота навалилась. Чего, спрашивается вылез с предложением, всё равно вместо полного взвода разрешили лишь десяток использовать. В будущем, небось, так и сказали бы, что "Самарканд не резиновый - понаехали тут", а ныне лишь спустили циркуляр с ограничением в количестве. Диверсионные ракеты тоже не допустили к использованию, только бутылки с зажигательной смесью. И чтобы пустые были, лишь для обозначения применения. Хорошо хоть немного отморозил англичан, нарассказав ужасов об Африке: и про мух цеце, и про туземцев-каннибалов. Впрочем, больше подействовало то, что придётся строить в тех местах фермы и производить продовольствие для старателей. В такую даль припасов не навозишься. Обменялись адресами, решив вернуться к вопросу через пару лет. Оказалось, что бритосы и сами слышали о богатствах чёрного континента, но достаточно точных указаний никто не давал. Тут, по крайней мере, парень примерно в карту ткнул, с точностью до сотни миль в радиусе.

Сами манёвры оставили двоякое воспоминание. Хорошо, что выделили персонального наблюдателя, штабс-капитана Курченкова. Он бегал и договаривался с другими посредниками с белой повязкой, объясняя и доказывая почему диверсанты победили в той или иной стычке. Прикольно случилось вывести из строя полубатарею "красных". Они как раз начали располагаться на отдых (врага зацепили на переходе), да ещё и отстали от пехотинцев. Штабс-капитан ускакал к батарейцам и сказал, что их сейчас будут убивать.

- Да, как же так, господин наблюдатель, - попытался разобраться поручик, на которого свалили командование в пути, - никого же не видно.

- Вон, роща, совсем рядом.

Тут и прилетели бутылки, разбиваясь и об пушки, и о землю.

- Кто кидает, откуда?

Людей в камуфляже среди густой растительности практически не видно, вот офицер и растерялся. Тут же последовали частые выстрелы (не бойтесь, холостыми), палили столько, как будто рота какая по численности.

- У диверсантов многозарядные ружья, использующие вот такие патроны, - достал и показал один в качестве образца, - здесь пуля, внутри гильзы порох, а здесь ударный капсюль. Шесть выстрелов за шесть секунд, потом десять-двенадцать секунд перезарядка и снова шесть выстрелов за шесть секунд. Долго ли вас уничтожить?

Командиры орудий, собравшись вокруг, слушали объяснения и возмущались. Мол, это нечестно, у нас же нет такого оружия. И где эти треклятые охотники, а вон чего-то шевелится вроде. Через пятнадцать минут прибежало целое отделение пехтуры, но их тоже расстреляли холостыми. Падать на землю, услышав выстрелы, на занятиях по шагистике не учат - получается, что нет отработанной процедуры реакции на вводные. Да и вводной "Ложись!" тоже нет. Можно лишь начать стрельбу в предполагаемом направлении.

Наш ангел-хранитель оставил поручику запретительную записку и вернулся к людям Старко. Такое повторялось каждый раз, когда бродили по тылам. Двухэтажную усадьбу, где расположился штаб одного из полков, тоже закидали пустыми бутылками (в окна, потому что ставни никто не удосужился закрыть), правда под утро, пока ещё темно, но вот-вот начнёт светать. Обоих патрульных, прикорнувших в укромном месте, связали, заткнули рты кляпами, а шомполы от ружей закинули куда подальше.