Больше у нее не было сомнений — перед ней ангелы, перед ней нелюди.

Теперь она знала, какие они, теперь она знала, кто враг и как он выглядит. И точно знала, что с ним делать.

Всадник направил коня вниз с холма и, Вита не стала ждать — наддала Берна. Тот ждал этого момента и потому пустился с места в галоп. Просвистел мимо окраины сгоревшей деревни и влетел в лес.

Может и была погоня — Вита не знала. Ее слепило увиденное, оглушала ненависть и непонимание. Она не видела, куда ее несет Берн она видела убитых и хладнокровные лица убийц, смотрящих на свое злодеяние без всякого раскаянья.

Она так и летела через лес, видя не деревья, а руины сгоревших домов и трупы людей, пока что-то не ударило ее, вышибая из седла. Вита кубарем полетела вниз и потеряла сознание, еще не коснувшись земли.

Глава 5

Первый, кого она увидела, был Сантана. Мужчина хмурился, рассматривая ее.

― Ну и что ты натворила? ― процедил.

Вита непонимающе щурилась — откуда он взялся. Огляделась — не лес, покои Луферта. Но как?

Девушка попыталась сесть и не сдержала крика — боль разлилась по всему телу и вышибла сознание.

Она очнулась от боли — Сантана перетягивал ей руку и был немного небрежен от злости.

― Что с рукой?

Мужчина глянул на девушку, как огрел и сухо перечислил:

― Вывих плеча, локтевого сустава, запястья. Растяжение связок в тех же местах. Ты везучая.

Вита горько улыбнулась: действительно…

― Не издевайся.

― Ни чуть. Тебе крупно повезло. Рука запуталась в узде и Берн тебя вывез из леса. Конечно, дороги он не разбирал, поэтому ты собрала все кочки и сучья, но если б случилось иначе, ты бы умерла в лесу. Мы не смогли бы тебя найти или нашли слишком поздно. Кстати, ты левша или правша?

Вита задумалась и вздохнула:

― И то и то.

― Тогда считай, отделалась испугом. Но в следующий раз!.. ― сорвался на шипение мужчина, но притих, смирил гнев. ― Кто тебя укусил? Что тебя ударило рвануть без сопровождения по лесам? Ну, то, что Русмус идиот — это не обсуждается, но о тебе я был лучшего мнения.

― Я тоже рада тебя видеть, ― прошептала девушка. Ей было плохо, тело горело и сознание плавало, но все это было ерундой — главное Сантана жив. ― Все вернулись?

― Почти, ― поджал губы.

― Ханград наш?

Мужчина помолчал и признался:

― Нет.

Вита закрыла глаза — обидно.

― Жаль, ― помолчала и добавила. ― Я видела их.

― Кого? ― насторожился Сантана.

― Ангелов. Они сожгли деревню. Перебили… всех.

Мужчина выпрямился, закаменел лицом, и только взгляд выдавал эмоции — ярость и… обвинение. И вдруг склонился над Витой так, что едва не касался ее. Обхватил руками за лицо и зашипел:

― Знаешь, иногда я ненавижу тебя так, что готов убить. Ты непробиваемо упряма. Ты эталон непослушания. Ты магнит для неприятностей. Ты чирий на заднице этого мира, язва в моей душе… ― и вздохнул. ― Но ты само совершенство. А совершенство невозможно ненавидеть, его можно лишь боготворить… Вита…― во взгляде появилась печаль и нежность, голос стал мягок и больше не резал слух. ― Знаешь, что означает твое имя? Жизнь. Ты и есть — жизнь. В тебе есть все: засады и великие достижения, цели и сомнения, печали и радости, смерть и рождение. Ты жизнь многих и их же смерть… Но клянусь, если ты еще хоть раз ослушаешься и выкинешь что-нибудь в том же духе, я тебя убью.

Вита с трудом поняла, что он сказал, но тут же забыла. Ее маяло, и было лишь одно желание, чтобы оставили в покое. Еще ушла бы боль и стало не так жарко, но это уже заоблачные мечты.

― У нее горячка, ― услышала чей-то незнакомый голос.