«Да разве это объяснишь!» — чуть было не воскликнул Эндре, размышляя о том, чего это Анти так привязался к нему. С первого дня службы он старался сблизиться с ним и до сих пор не отстает.

— Ты хороший парень, Анти, — задумчиво заговорил наконец Эндре, поставив ведро с углем на пол. — Просто у меня ужасно скверный характер. Подвинься немного. — Он сел рядом со Штольцем. — У меня никогда не было настоящего друга. Разумеется, виноват в этом я сам. Порой на меня такое находит, что я становлюсь хуже самой капризной девчонки. Ну и другие причины имеются... — Он провел рукой по заросшему щетиной подбородку. — Как есть причина тому, что меня откомандировали в штаб. Сам увидишь, что у меня не будет ни одной свободной минуты. Бегьеш меня терпеть не может, Ковач, наверное, тоже, а то, что ребята меня не шибко жалуют, ты и сам знаешь. Не хватало еще, чтобы они из-за меня и на тебя начали дуться.

Откровенность Эндре, вероятно, понравилась Штольцу.

— Плевал я на них! — заявил он, заметно оживившись. — Ты меня не знаешь. Я не люблю бахвалиться, но уж если выйду из себя, то никого не признаю и смогу постоять за себя. Что Бегьеш к тебе придирается, это я давно приметил, а что касается Ковача, ему не за что не любить тебя. К тому же он мужик справедливый.

— Так-то оно так, но, как у всякого человека, у него тоже есть слабости. — Эндре положил руку на худое плечо товарища: — Поверь мне, старина, что, говоря об этом, я ничего не придумываю.

Печь тем временем разогрелась настолько, что тепло от нее распространилось по всей комнате. Разговор двух солдат стал более задушевным.

— Уж не случилось ли чего между вами? — осторожно поинтересовался Анти.

— Случилось. Могу только добавить, что, если бы я оказался на месте Ковача, я бы Эндре Варьяшу спуску не давал.

Он вошел в большую спальную, высыпал в печь два ведра угля и вернулся к Анти, который уже начал переодеваться.

— Умойся и переодевайся! — поторопил он Эндре.

Тому не хотелось обижать парня, ведь в конце концов он прав: каждую минуту, проведенную вне казармы, следует считать подарком судьбы.

Спустя полчаса оба уже стояли перед столом дежурного по роте. Анталфи, сдвинув густые черные брови, придирчиво осмотрел увольняющихся.

— Ты можешь идти, — кивнул он в сторону Анти, — а ты, Варьяш, на минутку задержись.

— Почему? — встревоженно спросил юноша, поправляя галстук. — У меня же увольнительная...

Анталфи сдвинул шапку на затылок и сказал, обращаясь к дневальному:

— Йошка, сбегай на склад, позови товарища младшего сержанта.

Йожеф Хунья понимающе кивнул и проворно побежал на склад. Эндре с неприязнью посмотрел ему вслед — всем было известно, что он закадычный друг Бегьеша.

«Видимо, они надумали сыграть со мной какую-нибудь злую шутку, — решил Эндре. и молча посмотрел на Анти. — Но я ему не позволю издеваться надо мной...»

Вскоре со склада пришел Бегьеш. Мягко ступая, он подошел к столу дежурного и, оглядев Штольца, спросил:

— А вы чего ждете? Почему не идете в город?

— Я жду друга.

— Варьяша?

— Да.

— Ну что ж, тогда наберитесь терпения. — И, повернувшись к Эндре, спросил: — Вы выполнили мой приказ?

Тот доложил, что обе печи растоплены и горят вовсю.

— Хорошо, пойдемте со мной. — Младший сержант повернулся и направился в ротную канцелярию. — Входите! — предложил он, когда они подошли к двери.