— А что с отцом? Ты с ним больше не встречалась?

— Встречалась, — сообщила Жока, и в тот же миг взгляд ее затуманился. — Я его два раза навещала.

— Сама?!

— Да, а чего ты так удивился?

— Я не столько удивился, сколько обрадовался.

— Нервы у него ни к черту. Конечно, не потому, что я ушла из дома, нет... Если бы я осталась, ему было бы еще тяжелее.

— А что с ним случилось? — В голосе Эндре послышалась тревога. — Я получил от него не то два, не то три письма, но он писал, что жив-здоров... Хвастался даже, что начал работать над драмой на современную тему.

— Начал, но сразу же и забросил. У него, как принято говорить, творческий кризис, в котором он, собственно, пребывает не первый год... Однако сейчас он, кажется, окончательно выдохся. В литературных кругах о нем, наверное, забывать начали, а он все мечется из стороны в сторону, то к одним примкнет, то к другим...

Несколько минут Жока и Эндре молча ходили по дорожке, с тревогой думая об отце, и хотя они не говорили об этом вслух, но где-то в глубине души каждый из них чувствовал себя виноватым.

— Я попрошу у командира полка краткосрочный отпуск, — сказал Эндре, остановившись у старого тополя с толстым стволом. — Нужно поговорить с отцом. Как ты думаешь, есть в этом смысл?

— Думаю, что есть, — ответила девушка, взглянув на Эндре, и увидела Анти Штольца, который быстрыми шагами приближался к ним.

— Прошу прощения, — извинился солдат и добавил: — Целую ручки. Разрешите представиться, Анти Штольц.

— Что случилось? — удивленно спросил Эндре и представил Жоку: — Моя сестра.

Анти незаметно подмигнул другу:

— Тебя вызывает Бегьеш. Сказал, что срочно.

— Что ему нужно?

— Не знаю. Он построил отделение, а меня послал за тобой.

— Что-нибудь случилось?

— Я же сказал, не знаю.

— Он ведь видел, что ко мне приехали... — Эндре бросил взгляд в сторону казармы, затем посмотрел на сестру: — Жо, подожди меня здесь, я быстро вернусь.

— На всякий случай лучше попрощайся, — посоветовал другу Анти.

— Думаешь, Бегьеш меня не отпустит? Да нет, он этого не сделает.

— Ты сам хорошо знаешь, что он на все способен.

— Кто такой этот Бегьеш? — полюбопытствовала Жока, — Уж не тот ли младший сержант, по наущению которого тебя избили?

— Тот самый, — ответил вместо друга Анти. — Пошли, а то он ругаться начнет.

Жока взяла Эндре за руку и спросила:

— Не поговорить ли мне с дежурным офицером?

— Ну и что ты ему скажешь? — Эндре махнул рукой.

— А это уж мое дело.

Сдвинув брови, Эндре посмотрел вдаль:

— Жди меня здесь, я в любом случае вернусь.

Однако он не вернулся.

Когда Эндре и Анти вошли в казарму, их отделение уже выстроилось в коридоре, а Бегьеш, заложив руки за спину (такую привычку он перенял у лейтенанта Ковача), важно прохаживался взад-вперед перед строем.

Эндре доложил о прибытии, младший сержант с невозмутимым видом выслушал его и кивнул в сторону отделения:

— Встаньте в строй!

Эндре глубоко вздохнул:

— Товарищ младший сержант...

— Разве я не ясно сказал? — грубо оборвал его Бегьеш. — У меня все. Встать в строй!

Кровь отхлынула от лица Эндре, он повернулся кругом и встал в строй.