Еще через день двое ее старших братьев без всяких расспросов и лишних разговоров отдубасили его на заднем дворе универа. Лилиана перевелась, не проучившись и семестра, и его душевная рана зарастала дольше, чем физические.

Для себя он решил: никаких хороших девочек! С ними слишком трудно жить.

Белый лебедь подвернулась случайно, но благодаря ей он смог забыть Лилиану. Девушки были не похожи друг на друга, как небо и вода: Лебедь, с короткими, едва прикрывающими уши волосами, была натуральной блондинкой. У нее были определенные недостатки во внешности: кривые передние зубы, толстые ноги и нулевой размер груди. Невысокий рост. Но все это с лихвой перекрывали и исправляли лучистые, ясно голубые глаза. А еще она предпочитала работать фотографом, а не учиться. Эта мнимая душевная свобода пленила Кирилла сильнее, чем внешняя красота. Он и сам не знал, почему и как оказался покорен Белым лебедем.

Парень дернул головой, прогоняя нахлынувшие воспоминания. Девушки. Как же с ними трудно. Перевел взгляд на понуро сидящую шатенку.

Марину он не воспринимал почему то ни как хорошую девушку, ни как боевую подругу. Она была – ни рыба ни мясо. Наверное, поэтому он согласился прийти – чтобы самому разобраться, что с ней не так.

– Сходи со мной в гости сегодня вечером, – запинаясь, сказала Марина.

В прошлые годы его бы передернуло от отвращения из за ее неуверенности. Поля любила так говорить, будто ее дико смущали собственные слова. Он все не мог понять: если смущаешься, чего открываешь рот? Зачем вообще притаскиваешься на свидание? Сиди дома и стесняйся.

Сейчас же прозвучавший вопрос не вызывал раздражения, а вместо этого почему то всковырнул любопытство. Раз медлит – значит, место интересное.

– Куда?

– Ко мне домой, – тверже сказала она.

Кирилл усмехнулся.

– Нет, она явно не собирается тащить меня в постель, – он окинул внимательным взглядом засмущавшуюся девушку. – Что тогда?

– Зачем? – спросил вслух.

– Хочу доказать маме, что у меня есть друзья, – девушка ответила довольно спокойно, но он отметил странный блеск в ее глазах.

Волнуется.

– Друг или парень? – ему захотелось поддеть ее, и не удержался: насмешливо улыбнулся. Это не укрылось от девушки, и она возмущенно вспыхнула.

– Конечно, просто друг. Я не собираюсь с тобой встречаться.

– Почему это? – он наклонился вперед, и она снова отодвинулась назад, забывая, что лавочка короткая.

Кирилл подхватил ее за талию быстрее, чем она осознала, что может упасть. С удовольствием улыбнулся, смотря в ее расширившиеся зрачки. Пронесшийся в них испуг дразнил и почему то был приятен.

– Отпусти меня, – глухо сказала она.

– Какая глупая и порывистая, – подумал Кирилл, – но отпускать не хочется.

Вместо этого он довольно легко пододвинул девушку к себе и только после этого убрал руку.

– Ты! – она демонстративно отряхнула свой бок, будто от его прикосновений могла остаться грязь. – Не смей прикасаться ко мне.

– Как твой друг, – спокойно сказал он, надев привычную маску равнодушия, – не мог позволить тебе упасть.

Она немного помолчала, переваривая услышанное и успокаиваясь.

– Значит, мы друзья? – несмело спросила она, пряча надежду.

Неужели получится, и он придет к ней домой? Марина не смела поверить в свою удачу. Дико колотилось сердце. Она смогла, смогла!

– Во сколько ужин? – теперь Кирилл отвернулся и смотрел на гуляющих детишек.

Детская площадка наполнилась – еще полчаса назад здесь прохаживалась одна только женщина с коляской, теперь же куча малышей возилась рядом в песочнице.

Марина позволила себе улыбнуться.