И последнее, вы приносите извинения лично.
Он замолчал, а Снежин, всё это время, сидящий в кресле за столом, через пять минут напряжённых раздумий, неохотно кивнул.
— Вы подождёте, пока я составлю документы? — он придвинул к себе специальные бланки и принялся писать. После того как Снежин закончил, Егор сделал знак одному из бойцов, который оказался вовсе не боец, а упакованный в броню юрист, который проверил документы и заверил их, поставив подпись и свою печать. Снежин, глядя на юриста, усмехнулся. — Очень предусмотрительно.
— Принимаю за комплимент, — Егор шагнул к нему и протянул пистолет. — Вы же понимаете, что если попытаетесь совершить глупость, то за жизнь вашей семьи я не дам и копейки.
— Я понимаю, — он взял в руку пистолет, и снял его с предохранителя. Я же наблюдал за их переговорами, не особо вникая в их суть, только поражаясь тому, как они могут вести практически светскую беседу, когда один из них приговорён к смерти. Он поднял руку, но я его прервал, задав вопрос.
— Где ваша дочь Светлана? — в ответ он только покачал головой и быстро поднёс пистолет к виску. — Ну уж нет, — пистолет оказался в моей руке за полсекунды, и я выстрелил ему прямо в сердце. В ответ на недоумённый взгляд Егора я зло оскалился. — Мне жутко надоело, что я постоянно в отстающих. И простреленная башка одного из главарей мне совершенно не нужна.
— Что ты собираешься делать? — Егор нахмурился.
— Как это что? Допросить этого господина, с абсолютной уверенностью, что мне не лгут, не юлят и говорят только и исключительно правду. — Я убрал пистолет, подтащил стул, сел напротив покойника, голова которого упала на грудь, и призвал дар смерти. Ну вот, ни в чём нельзя быть уверенным, даже в том, что один из даров тебе сегодня не понадобится.
Глава 20
Короткие, резкие слова призыва разлетелись по комнате ледяными осколками. Мигнул свет и стало заметно холоднее, настолько, что даже у меня волосы на руках встали дыбом, а там, где их нет, кожа покрылась мурашками. Егор побледнел, но остался стоять у меня за спиной, а вот Устинов попятился, пока не очутился за пределами бывшего кабинета Снежиных.
Душа, ещё даже не успевшая покинуть своё постоянное пристанище, заметалась, пойманная в ловушку мёртвой плоти, но ещё одно касание магии смерти, и она замерла, полностью покорная воле некроманта.
Ну а теперь нужно было действовать быстро. Пять минут, у меня было всего пять минут, пока душа Снежина не сообразила, что никакая сила не сможет удержать её в этой тюрьме, в которую превратилось тело. И через пять минут со мной останется весьма свеженький зомби первого уровня без малейшего проблеска сознания. Ну, может на что-нибудь и он сгодится, сейф какой-нибудь открыть, к примеру. Дом-то вроде на меня отписали. Вот только сомневаюсь, что сейфы всё ещё полные, грамотная засада в коридоре дала возможность выкроить время, и отправить семейство из обречённого дома с весьма солидными активами. Но, чем демоны не шутят, может быть, что-то завалялось. А пока я знаю способ получить на этой ситуации неплохой доход. Думаю, что для того, чтобы моя газета взлетела в рейтингах, хватит и вот такого вот репортажа, с места событий, мать его.
Я сунул руку в карман и незаметно нажал кнопку записывающего устройства. Надеюсь, заряда маны в нём хватит, чтобы написать приличную статью. Тело зашевелилось и на меня посмотрели уже поддёрнутые смертной дымкой невидящие глаза Снежина. От этого зрелища кровь стыла в жилах, особенно у неподготовленного человека. Егор громко выдохнул, а пальцы его руки, лежащие на спинке стула, побелели, так сильно он в эту спинку бедную вцепился. Но не уходил. Молодец. Ему надо привыкать, возможно, такие допросы самому придётся вести, будет неловко, если некромант всё сделает блестяще, а командир будет в это время блевать в сторонке. |