Кто засандалил привет в зад штурмовику, мне уже было не интересно. Я развернулся и поморщился от все сильнее накатывающих приступов тупой боли, которую не до конца глушило медпакетом – болело вообще все, а полностью блокаду на все тело не поставить. Обернувшись к яхте, сразу столкнулся взглядом с появившимся из дыры в корпусе Ричи. Кавианец выглядел посвежее меня, но ненамного – такая же деактивированная броня, несколько рваных, а то и вовсе оторванных броневых пластин. Хотя шлем у него был на месте. Когда Ричи осознал, что я без каски, он поднял забрало.

– Остальные? – сразу же спросил я.

Ричи отрицательно покачал головой. Ясно – от отсека, где находилась пилотская кабина, мало что осталось. Я почти не надеялся, что Юз с Джеем выжили – но все равно обидно.

Из рваного отверстия в обшивке между тем появилась принцесса. На удивление, она выглядела совсем неплохо – белые полосы повязок с головы были уже сняты и своеобразным шарфом висели у нее на плечах, красные пятна на лице и теле по-прежнему оставались, но движения были уверенными, а взгляд спокойным и осмысленным.

Ну да, это мне не повезло – словно в стиральной машинке прокрутило, а она, как и Ричи, находилась в спасательном коконе – максимально возможно гасящем воздействия перегрузок. И ведь она была в сознании – за минувшее время могла не только расстраиваться произошедшему, но и использовать для связи как свой терминал дабла, так и аварийный передатчик в коконе. Столь логическая мысль посетила меня, тут же сопоставившись с уничтоженным только что штурмовиком.

– Не стреляйте, – произнесла вдруг принцесса, глядя мне в глаза.

– В кого? – удивленно поинтересовался я, оглядываясь вокруг.

– В них, – указующе дернула подбородком принцесса.

Обернулись мы с Ричи одновременно. С неба уже спускался десяток различных кораблей – от транспортных челноков до широкого диска тактического «Фантома». Но ближе всех оказалось два истребителя, которые бесшумно и невероятно быстро упали с неба. В резком торможении стальные птицы остановились почти у самой земли, срывая с себя пелерины пара – падали прямиком из стратосферы.

Вот только увидев эти два истребителя, я слегка помотал головой, подозревая, что у меня начались глюки. В до боли знакомых обводах корпуса не чувствовалось чуждого – линии были привычных сочетаний плавности и резкости, как на Земле. И больше того, фюзеляжи самолетов были в знакомой раскраске – серый верх и голубой низ, а на крыльях алели красные звезды.

– Рич, таксеть в норме? Они ИИ проходят? – негромко поинтересовался я, не веря своим глазам. Похоже, от сильных ударов по голове у меня не только шлем треснул, придя в негодность.

– Да, – между тем просто ответил Ричи, наблюдая за истребителями через прозрачную полоску визора. После небольшой паузы он произнес, считав информацию данных имперского идентификатора с визора: – Это тактические системные атакаторы крейсера «Кньиас Владьимир», из Объединенного космического флота какого-то Евразьийского Союза. Слышал о таком доминионе?

Названия Ричи произнес на русском, который у него не был самым сильным языком – он его хоть и выучил, чтобы понимать наши пререкания с Фоксом и Юзом, но нормально выговаривать все звуки так и не научился.

– О таком доминионе не слышал, – ответил я чистую правду, покачав головой.

Рядом с нами уже ударялись в землю подошвы десантировавшегося подразделения тактов. Внушительные товарищи – раза в полтора выше человеческого роста, под полусферами шлемов силуэтами заметны головы.