Однако другой внутренний голос твердил ему: «У тебя нет кровавой раны, как у него. Ты еще можешь выбраться отсюда, а он вряд ли».

Он снова закричал, стараясь заглушить вредный голос внутри себя. Они были рядом со стеной, и Тигхи принялся выдирать из нее дерн и пихать траву вместе с землей в пасть первого катерпила.

– Не бросай меня, – с плачем повторял Ати. – Пожалуйста, не оставляй меня.

Еще два катерпила уже взбирались на длинное тело своего собрата, щелкая челюстями, будто ножницами.

Ати по примеру Тигхи вырвал из стены еще один кусок дерна и вколотил его между челюстями первого монстра. Поперхнувшись землей и корнями травы, тот перестал жевать, и Тигхи изо всех сил ударил тварь правой ногой. Катерпил немного съехал вниз. Еще один удар – и вместе со своими двумя извивающимися сородичами он сорвался с руки Ати и рухнул на землю.

Тигхи с большим трудом поднял друга с земли и потянулся к суку, находившемуся над их головами.

– Помоги мне, Ати, – крикнул он. – Подними здоровую руку и ухватись ею за сук!

Однако Ати потерял сознание.

Каждую минуту из зарослей могло показаться целое стадо катерпилов. Опасность не исчезала, а лишь слегка отдалилась.

– Очнись, Ати! – закричал Тигхи. – Очнись!

Не в силах больше держать ставшее вдруг таким тяжелым тело товарища, он опустил его на ствол дерева, спиной к стене. Что же делать?

– Ати… – умоляюще произнес он.

Шлепки ладонью по щекам Ати тоже не возымели эффекта.

Злость и отчаяние овладели Тигхи. Он схватил безвольно висевшую руку Ати и сильно дернул ее, надеясь, что боль приведет друга в чувство. И тут произошло то, чего Тигхи не знал и не мог ожидать. Повинуясь рывку Тигхи, рука легко повернулась в рукаве, и послышался хорошо различимый щелчок. Сустав встал на свое место. Вывих был вправлен, однако Ати по-прежнему не приходил в сознание.

Снизу донеслись шорохи. Выглянув из-за ствола дерева, Тигхи увидел целую тучу катерпилов, с полдюжины или даже больше. Они ползли, извиваясь, по нижним сукам. Мерзкие чудовища подминали под себя гибкие ветки с листьями и разевали пасти. Они могли учуять кровь Ати, Тигхи знал это. Да, они уже чуяли запах крови.

Тигхи бросился прочь и вскарабкался на следующее дерево, не отдавая себе отчета в своих действиях. Оставалось сделать еще шаг и ухватиться за сук над головой, и вся страшная сцена выпадет из его поля зрения, и он окажется в относительной безопасности. И все же что-то заставило Тигхи посмотреть вниз. Ати выглядел спокойным и умиротворенным, будто во сне. Картину портило лишь кровавое месиво, в которое превратилась его ладонь.

Не бросай меня так, как мы бросили Равилре.

Тигхи содрогнулся и зарыдал так сильно, что его рыдания отдавались во всем теле, словно икота. Он не мог крепко ухватиться за сук, так у него дрожали руки.

Задрав голову, Тигхи посмотрел на крутой подъем к поросшему лесом уступу, а затем перевел взгляд вниз, на Ати.

Тигхи спрыгнул с дерева и приземлился на больную ногу. Острая боль пронзила ее всю, от стопы до паха. Однако времени охать и причитать не было. Стиснув зубы, юноша присел спиной к Ати и, нащупав сзади его безвольные руки, положил их себе на плечи. Напрягаясь изо всех сил, Тигхи встал и двинулся вперед с тяжелой ношей на спине. Он не мог ступать на больную ногу и потому сильно хромал.

Поддерживать равновесие было непросто еще и потому, что обе руки Тигхи были заняты. Приходилось держать руки Ати. Отпусти он их, и его друг, все еще находившийся в бессознательном состоянии, свалится на землю.