Вой, исходивший от Чародея, был настолько тонким и пронзительным, что вряд ли мог принадлежать человеческому существу. Наверное, поэтому Тигхи даже в голову не пришло, что он ранил человека.

Юноша кое-как пробрался к трапу и, ухватившись за поручень, вскарабкался по ступенькам, с трудом преодолевая искривленное гравитационное поле. Прежде чем его голова оказалась в пространстве верхней зеленой комнаты, кресло Чародея совершило резкий поворот, и перед юношей предстало безглазое лицо Чародея.

– Парень! – провизжал Чародей. – Парень! Что ты наделал?

– Это тебе за мою ма! – со злобной радостью крикнул Тигхи и, подтянувшись, ступил на пол верхнего помещения. Чуть подумав, он добавил: – И за моего па тоже.

– Я уже отключил боль, – послышался снизу голос Чародея. – Ты, идиот! И что ты теперь будешь делать? У тебя все равно ничего не выйдет.

Тигхи споткнулся и едва не упал, пытаясь встать в самом центре верхней комнаты.

– Твои чары не помогут тебе, они не сделают тебя зрячим, – крикнул он.

Тигхи овладела эйфория победы.

Внизу что-то задвигалось. Очевидно, Чародей пытался найти дорогу к трапу.

– Идиот! – крикнул Чародей. – Я думал, ты стабилен! Теперь ясно, что все совсем наоборот. Куда ты пойдешь? Об этом ты подумал? Тебе некуда податься.

– Я ухожу от тебя, – провопил Тигхи.

– Идиот, я отключу твои мышцы одним нажатием кнопки! Я буду управлять тобой на расстоянии. Я заставлю тебя отрезать свои собственные пальцы, выломать свои собственные зубы и ими же выцарапать себе глаза! Ты узнаешь, каков я в гневе. – Угрозы Чародея, произносимые высоким, тонким голосом, звучали странно и нереально. – Возможно, я и не вижу, но лишь пока, зато я могу осязать, управлять на ощупь. А как тебе понравится это, а?

Тигхи почувствовал, как по позвоночнику пробежали мурашки и закололи мелкие иголочки. Это было похоже на ощущение, возникающее в руке, онемевшей после долгого сна, если она оказалась прижатой телом к матрацу. Когда просыпаешься, рука повисает в бессилии. Однако это ощущение вскоре прошло.

Когда они с Чародеем покидали корабль, Тигхи заметил, как тот наступил на определенный участок пола. Вот и теперь юноша выставил ногу и попытался сделать то же самое. Ничего не произошло.

– Ты не можешь управлять мной! – злорадно крикнул Тигхи вниз. – Моя ма вытащила из моей головы все твои детали сразу после того, как ты их вставил туда! Я свободен.

Юноша нажал ногой на один из шишкообразных выступов на полу. Безрезультатно. Он был слишком взволнован, чтобы трезво думать. Как Чародей приводил в действие подъемник? Куда он ставил свою ногу?

Снизу долетел лающий, истерический смех.

– Так значит, она решилась на такую глупость. Это не удивляет меня. Она никогда не отличалась стабильностью психики. – Последовал еще один взрыв истерического смеха. – Какая ирония судьбы. А я-то думал, что этот развивается так хорошо! И все же она не могла удалить все, иначе как объяснить то, что я смог напасть на твой след. Что-то наверняка осталось, и оно даст, обязательно даст всходы в твоей голове. – Послышалось топанье ног и грохот падающего тела. Чародей разразился ругательствами: – Черт тебя побери, парень! Чтоб ты провалился! Это же дьявольски неудобно. Ты хоть представляешь себе, сколько времени мне потребуется, чтобы вставить новые глаза?

Тигхи принялся яростно топать ногами, нажимая десятки точек рядом с центром комнаты. Со стороны могло показаться, что он совершает какой-то ритуальный танец.