Правда, сейчас она была уже вовсе не в белом, но какая, к дьяволу, разница, если это точно была она?

Марк разбил экран каблуком ботинка.

Он не закричал — голоса не стало.

—… ДИНЬ-ДОН…

Сумасшествие, выходит, штука острозаразная…

—… ПИФ-ПАФ-ОЙ-ЁЙ-ЁЙ…

Марк Червиолле-Енсен посмотрел на себя в маленькое зеркальце, укрепленное над погасшим пультом.

И увидел мерзкую небритую рожу маньяка-убийцы с красными мутными глазами и стекающей из угла перекошенного рта слюной.

—… ДИНЬ-ДОН…

Марк Червиолле-Енсен посмотрел вокруг.

И увидел развороченные останки двадцать восьмой станции, явно свидетельствующие о нападении пиратской эскадры и десятка хорошо вооруженных и мастерски обученных диверсантов-террористов. Посмотрел на выведенный из строя диагност, испорченные динамики, погасший пульт, сломанную кофеварку.

Кофеварка оказалась последней каплей.

—… У-МИ-РА-ЕТ-ЗАЙ-ЧИК-МОЙ…

Марк Червиолле-Енсен вздохнул и сдался.

По захламленному коридору прошел к медотсеку, разблокировал двери, потянул на себя створки.

Спросил устало:

— Чего тебе от меня надо?

Девочка толкнула пальцем неваляшку, издав очередное мерзкое ДИНЬ-ДОН. Подняла кукольную головку. Из-под серебристой челочки оценивающе смотрели кукольные глаза, прозрачные мертвые пуговки цвета имбирного эля.

Марк Червиолле-Енсен содрогнулся.

Глаза моргнули. Сощурились. Кукольные губки сложились бантиком. Голосок был невыносимо капризен:

— Шлюпку.

* * *

Система Маленькая-Хайгон. Станция Кляйн. Отдел кадров лагеря каникулярной практики Теннари.

На Станции Кляйн Теннари задержался несколько дольше, чем рассчитывал.

Тут так и хочется еще разок недобрым словом помянуть полторы сотни орущих, неугомонно скандалящих и чертовски изобретательных личностей несовершеннолетнего возраста, но поминать их недобрым словом было бы несправедливо, поскольку именно в данном конкретном случае они-то как раз были абсолютно не причем.

Виновата оказалась профессиональная вежливость.

А детишки вели себя как раз-таки на редкость приятно. То ли притомились за растянувшуюся на почти что сутки дорогу, то ли израсходовали все тщательно приготовленные пакости залпом, в самом начале. То ли подействовала отвлекающим фактором незапланированная остановка у Двадцать Восьмой медбазы со всеми сопутствующими обстоятельствами — еще бы! Такое приключение не каждый год случается, то-то остальные обзавидуются!..

Да и конец пути — это всегда гораздо легче, чем начало. В профильные лагеря Астероидов детей распределяют компактными группками по десять-пятнадцать человек, и каждую тут же подхватывают персональный воспитатель с помощником-стажером из старших практикантов, размещают группами еще при посадке, никакой путаницы или давки. Спрятаться на катере тем, кто полет продолжить желает, практически негде, так что и с этой стороны никаких неприятностей — сколько принял на борт в порту Хайгона, столько и сдаешь с рук на руки, тютелька в тютельку… С шестой группой, правда, небольшая заминка вышла, пока документы сверяли, но и то ненадолго. Сверили, отметились, и все. Долго, что ли?..

Глава 28 Если хочешь иметь хорошие правила - пиши их сам

Система Маленькой-Хайгона. Станция Кляйн отдел кадров каникулярной практики Теннари.

Все вышеописанное вместе заняло чуть более часа. И еще через четверть, уладив профессиональные формальности, отметив прибытие и получив подтверждение на отпуск, Теннари неожиданно для самого себя вдруг оказался перед проблемой этического плана.

Чисто технически улететь с Астероидов он мог немедленно, этим же челноком, не в меру любопытный пилот всячески намекал, что отнюдь не прочь повторить крюк до Двадцать Восьмой медбазы благого дела и собственного удовольствия ради, так что с этой стороны сложностей не предвиделось.