— Теперь моя очередь говорить «Ха». Прости, Енни, но ты дурак. Ты же ничего не знаешь о фильтрах, а туда же.

— Ох, извините, затронул ненароком профессиональную гордость, больше не повторится.

— Не язви. Да или нет?

— Да! Конечно же, да! К стенке приперла, да еще спрашивает. Ты же не случайно сюда притащилась, не ближний же свет… Стала бы ты сюда тащиться, если бы не была стопроцентно уверена.

— Задаешься. На Талерлане лучшие медцентры и лучшие специалисты во всей галактике. Это известно всем.

— Ха! Три раза. Ты же не пошла в первый попавшийся центр к первым попавшимся специалистам. Не-ет. Ты ко мне пошла.

— Спасибо. Отработать или?..

— Никаких или, именно что отработать и именно что ты. На ловца, как говорится… Если бы ты вчера не пришла, я бы сам не сегодня-завтра тебя искать начал.

— О, Великий Оракул, ты только погляди, что творится? Никому в этом славном мире больше не нужны реалы! Зато всем вдруг страшно понадобились услуги. Кстати, вот тоже вопрос — чьи именно услуги понадобились тебе? Фильтровать у тебя вроде бы нечего, хотя — кто его знает, конечно… Координировать ты еще и покруче меня умеешь, в Колледже нам тебя вечно в пример приводили… Охранника? Смешно… Школлера? Еще смешнее… Убить кого-то, что ли, внезапно понадобилось? Да нет, пожалуй, ты же мастер, сам бы справился, судьбу бы подстроил, даже рук марать не пришлось бы… Значит — анализ или информация. Всего лишь. Увы. А я было уже подумала, что будет что-то интересное.

— Информация. Можно сказать и так. У меня есть сын.

— О! Поздравляю. И что?

— Мы не поддерживаем отношений. Давно. Можешь считать проблемой отцов и детей, не имеет значения. Хотя — вру. Имеет. Он странный. И дело с ним иметь трудно. Впрочем, это-то как раз не важно… Информацию я тебе сбросил, пакет найдешь в своем планетарном адресе.

— А на словах?

— А на словах… Скажем так — у меня есть некоторые основания полагать, что у него не все в порядке. Короче — он может влипнуть в очень скверную передрягу. Если уже не влип.

— Известно, где он обретается?

— Известно, где он был. Или должен был быть.

— Найти, вытащить за уши из дерьма и нашлепать по попке?

— Если понадобится. Хотя, может, все это и блажь, и нет там ничего…

— Если не секрет — откуда у тебя эта… информация?

— Не секрет… Только не смейся. Кубик. Выпадало трижды подряд.

— Я давно уже не смеюсь над способом добывания информации. Какая, в сущности, разница. Ладно, сделаю. Пока. И еще раз — спасибо.

Она всегда перемещалась быстро. Если, конечно, была в подходящей шкуре — а сейчас она вырядилась в полное парадное эриданское. Да и прощания никогда не затягивала. И потому была уже у самой двери, когда Нгу Енн, имевший когда-то весьма красноречивую кличку Ки Кю, а ныне всеми уважаемый ведущий нейрохирург и психоструктор разряда «Альфа», вздохнул, шевельнулся массивным телом в не менее массивном кресле и сказал неуверенно:

— Только ты… это… ну, поосторожней там. Понимаешь, он все-таки Рыцарь…

Ки — это в переводе с киндского нечто полное и абсолютное.

Как вселенная.

Кю же, в смысле, если по буквам, кай-аш-у-умляут, — это ругательство такое. Нецензурное и единственное на древнечатланском.