— Не говори глупостей, — сказал Крейг. — Мы открыли фирму не для того, чтобы каждый решал свои проблемы. И знаете что?

Мы втроем уставились на него. Крейг молчал.

— Что? — наконец не выдержал я.

— Мы тут уже все съели, давайте перенесем чаепитие в гостиную.

Кэт сделала вид, что хочет дать Крейгу подзатыльник. Он притворился испуганным и виноватым. Подоспевшая «жучка» организовала из какой-то части своего тела здоровенный поднос, и Малыш принялся расставлять на нем чайные чашки, а я водрузил посредине блюдо с большим вишневым пирогом.

— Вот это жизнь! — сказал Крейг, с нежностью глядя на пирог. — Если ты в ближайшие пять минут не предложишь Кэтти руку и сердце, Пит, так это сделаю я.

Главной достопримечательностью гостиной, несомненно, был камин, который растапливался самыми настоящими дровами. Они здесь и лежали — целая груда буковых поленьев, доставляемых по спецзаказу из третьего сектора Североамериканского лесничества. Мы расселись по креслам, Эрл превратил часть комнаты в мираж тропического леса Гелиады. Как всегда в отсутствие высказанных вслух пожеланий, он включил динамику и склейку с реальностью, поэтому бабочки могли летать по всей гостиной и садиться на спинки кресел. Половину ковра на полу завалило прелыми листьями, а камин оброс лишайниками.

— На Гелиаде нет бабочек, — сказала Кэт, аккуратно сгоняя одну из них со своей чашки.

— Но ты же любишь бабочек, — возразил киб-мастер. — Пусть будут.

Я взял с блюда кусок пирога, разинул рот, и только тут спохватился. Отведя руку в сторону, обвел нашу компанию взглядом и сказал:

— Стив Шарп шлет привет новобранцам.

Все дружно расхохотались, а Малыш придвинулся вместе с креслом ко мне и наклонился вперед, точно ждал, что я сию минуту передам ему привет Шарпа из рук в руки. Пришлось уточнить, что это дружеский пинок под зад.

— Старый перечник в своем репертуаре, — сказал Крейг.

— Вы с ним одногодки, — не преминула напомнить Кэт.

Крейг ее замечание проигнорировал, а Малыш спросил:

— Как он там?

— Нормально, — ответил я. — Бодр, свеж и энергичен, как и полагается старому перечнику. Собирается на Бундегеш. Готов к работе в качестве наживки на гигантскую лягву.

Мы немного поболтали о лягвах, о способах их отлова в прошлом, о недостатках современного способа, ну и о Бундегеше вообще. Малыш был готов лететь туда хоть сейчас. Остальные желанием не горели, хотя Кэт и признала, что лягвы в совокупности с Шарпом не такая мерзкая штука, как лягвы без Шарпа.

— Хотел сманить его с нами на Инферну, — сказал я. — Но он заупрямился.

— А что, уже все решено, мы на Инферну летим? — тут же ощетинилась Кэт.

— А что, какие-то другие варианты есть? Или собираешься сидеть дома до следующего конгресса?

— Я не хочу на Инферну, — сказал Крейг.

— Так я и не говорил, что кто-то туда хочет, — заметил я. — Но мы же с тобой уже обсуждали это — кроме добычи трофеев нам в этом сезоне вряд ли что светит. А планировать трофейную экспедицию и не включить в маршрут Инферну — это нонсенс.

Крейг тяжело вздохнул.

В списке землеподобных планет с наиболее необычным животным миром Инферна занимала одно из первых мест. Когда-то там, как и на Безымянной, располагалась крупная база звероловов, а звери имеют обычай время от времени убегать из клеток. Еще лет сто назад, и даже тридцать — сорок, охотничий бизнес был весьма прибыльным занятием. За это дело брались не только профессионалы, но и любители легкой наживы, и просто случайные люди. Содержание в неволе животных с плохо изученными повадками, пусть даже только на время транспортировки от мест обитания до мест, где их можно продать, дело хитрое, требующее не только хорошего технического оснащения, но и определенного опыта, и глубоких знаний в самых разных областях.