Терри нахмурилась:

— Пока не знаю. Я бы хотела, чтобы у нас было постоянное жилье с хорошей школой поблизости. Но дом нам не по карману.

Ее собеседник посмотрел удивленно:

— Не могу поручиться, но мне кажется, последнее время мы платим нашим помощникам достаточно. Хотя вы по своей деликатности и не говорили, но, как мне представляется, вы ушли из полицейского управления не ради моего обаяния, а чтобы получать вдвое больше.

Она улыбнулась:

— Да, это было из-за денег. И я не жалуюсь. Но Ричи именно сейчас работает дома.

— А что он делает?

— Хочет основать собственную компанию. Он на самом деле очень способный, изобретательный, с богатым воображением. Как и у Елены, у него свой взгляд на вещи, я на это не способна. Мне кажется, таким людям трудно работать на других.

— Вы готовы сделать заказ? — спросила официантка.

Пока Пэйджит делал заказ, Терри осматривалась. За столиками сидели попарно, по четверо; одни улыбались, другие были серьезны, погружены в раздумья, профили посетителей отражались в зеркалах. Последнее время Терри и Ричи очень редко обедали вне дома вдвоем; когда такое случалось, Терри развлекалась тем, что вглядывалась в лица присутствующих и пыталась представить себе их жизнь. Иногда, выбрав мужчину и женщину, старалась отгадать, что у них за свидание, почему они вместе. И потому теперь ее занимало: что она думала бы, глядя на себя и Кристофера Пэйджита со стороны.

— О чем задумались? — прервал он ее размышления. — Не о том ли, что вам пора прибавить зарплату?

Терри улыбнулась:

— Я думаю о том, что мне здесь нравится.

Пэйджит согласно кивнул.

— Я люблю места, где спокойно. Там, где шум, у меня возникает ощущение, что я со своими родителями. — Он сделал паузу. — Что касается повышения зарплаты, у нас ее пересматривают ежегодно. Вы на хорошем счету, а это повышает ваши перспективы стать собственником.

Терри смотрела в стол.

— Спасибо. Очень любезно с вашей стороны, что вы проявляете к этому интерес. Но у нас есть и другие траты.

— Ричи присматривает за ребенком днем?

— Нет. — Она помедлила. — Он дома работает.

Лукавый взгляд исчез, лицо ее спутника ничего не выражало. Терри поняла, что Пэйджит хочет скрыть свои мысли.

— Надеюсь, вы решите все ваши проблемы, — проговорил он наконец. — Кажется, ваша Елена — ребенок и в самом деле необычайный. Знаете, когда Карло стал жить со мной, я решил, что самое главное для него — учеба и стабильные условия жизни. И ради этого не жалко усилий.

Терри заколебалась. Нет, здесь и сейчас было бы неуместно обсуждать ее разногласия с Ричи, который убежден, что у детей гибкая психика и они могут быть счастливы где угодно.

— Что касается денег, — весело сказала она, — то «усилия» могут быть разными. У вас, наверное, есть собственная железная дорога или что-то в этом роде?

Пэйджит рассмеялся:

— Все железные дороги Америки принадлежат правительству, включая и прапрадедушкину. Что касается денег, которые я унаследовал, я никогда к ним не притрагивался.

Несколько мгновений Терри молчала, пытаясь понять, не шутит ли он.

— Вы смеетесь.

— Вовсе нет. Вы знакомы с теорией вырождения? По этой теории, если прапрадедушка оставил после себя кучу денег, он породит тем самым целых три поколения наследников, которые будут самыми никчемными из всех когда-либо живших на земле. Это как проклятье. Закончив университет, я сказал себе, что моя единственная возможность чего-то достичь в жизни — делать деньги самому.