– Сколько там может быть?

Я пожал плечами:

– Полтонны точно быть должно.

Кривой Руг снова замолчал, а потом подвёл итог наших своеобразных переговоров:

– Буду думать. Дело серьёзное, а потому никому ни звука, народ у нас всякий, мало ли что…

– Понимаем, ты первый, кому об этой идее рассказали.

– От меня помощь требуется? – спросил пахан.

– Проводник хороший нужен, у нас на примете есть один, но лучше, если их двое будет. Время ещё имеется, до конца весны. Но насчёт документов на рейдерство от армии Штангорда надо уже сейчас думать. Об остальном разговора нет, своих бойцов мы сами снарядим и подготовим, а твои наёмники готовы всегда.

Озадаченный Кривой Руг покинул наш стол, и не успели мы доесть, как появился сержант Лука, наш учитель по рукопашному бою. Практик, едрить его за ногу и об стену, сейчас опять что-то отчебучит.

– Пора уже, – пробурчал сержант.

– Что у нас сегодня, мучитель? – пытаясь дожевать кусок, спросил Звенислав.

– Практика, – вновь раздался несколько утробный голос Луки.

– И где сегодня? – задал вопрос Курбат.

– Пойдём в казармы второго пехотного полка. Он теперь в городе на постое расположился, а у меня там трое сержантов знакомых есть, разомнёмся.

Вот в чём не откажешь сержанту из бывшей спецгруппы Тайной стражи «Щит», так это в оригинальности. Никогда не предполагал, что тренировки будут проходить так, как у нашей тройки. Каждый вечер, чуть смеркалось, Лука тащил нас к очередным своим знакомым сержантам, а те вытряхивали из нас пыль. По крайней мере, так было в первый месяц. На второй уже полегче. Валять их мы не валяли, конечно, но отпор дать могли. А вот на третий месяц как бы и на равных уже бились.

Методика у сержанта удивительная и эффективная. Сначала тебя избивают, правда, аккуратно, без увечий и членовредительства. А потом объясняют, как надо биться, чтобы устоять. И ведь ничего против не скажешь, сами на это согласились. Да и что говорить, результат есть. Мы вчера с парнями сидели в таверне и прикинули, что сейчас один на один с любым бойцом могли бы выйти, из тех, кто в зале присутствовал. И в большинстве боёв победа была бы наша.

– Ладно, изувер, веди к своим друзьям-убийцам, – сказал я, поднимаясь.

И мы направились в город постигать науку кулачного боя.

21. Штенгель

Весна всё больше входила в свои права. Ещё месяц-другой, дороги просохнут, и наёмная армия рахов пересечёт границу герцогства Штангордского. Сутки напролёт не прекращались совещания в замке герцога. Армейские генералы, интенданты, мэр столицы, делегации купцов и прочие важные люди герцогства – все имели план по спасению родного государства. И все как один стремились донести свои мысли именно правителю, а не кому-то ещё. Одни утверждали, что нужна решительная битва на границе, как встарь. Другие говорили, что всё это чушь, и только превентивный удар всеми силами в степь остановит зарвавшихся рахов. А третьи доказывали, что лишь оборона крепостей принесёт победу и рисковать полками в чистом поле нельзя. Сколько людей, столько планов, и один другого лучше да патриотичней.

Это всё было на виду, и если кто-то обращал внимание на такую нездоровую суету, например разведка противника, то вывод делался только один – Штангорд к войне не готов. Однако тот, кто вышел бы за пределы города и совершенно случайно попал бы в Рогский лес, охотничьи угодья герцога, то увидел бы совсем иную картину. Чётко, без суеты, излишней спешки и паники хорошо отлаженная военная машина Штангорда готовилась к грядущим боям.