— Эта женщина была довольно бодрой. Небольшие проблемы с сердцем, только и всего. Правда, очень пожилая, так что все возможно.

Она надолго замолчала.

— Ну, что? — поторопила я, даже не пытаясь сама прочитать данные.

— Тут еще одна запись. О психическом здоровье.

Одра ткнула пальцем в самый низ экрана и как безумная заколотила по клавишам.

— Бесполезно, — сказала она наконец. — И сюда не пускает.

— А что у нее, по-твоему, с психикой? — спросила я.

— Ерундой занимаемся, — буркнул Дилан. — Мы даже не знаем, встречался ли Кисслер с этой пациенткой. С таким же успехом можно проверить второе предположение Лисси — про отпуск.

Судя по тону, он уже не верил в то, что мы вообще накопаем хоть что-нибудь, таким идеальным казался мистер Кисслер.

Одра полезла в базу ближайшего аэропорта. Надо сказать — без особого энтузиазма, да и я уже не верила, что мы хоть что-нибудь найдем.

— Тебе Пол писал, — уныло сообщила Лекси.

Наверное, она тоже думала о Кисслере. Зато совсем не думала о том, что произносит вслух — ведь знает же, что я не люблю упоминаний о Поле на людях!

— Я ему перезвонила, — отозвалась я, мысленно приказав сестре заткнуться.

— Калифорния, — громко возвестила Одра.

— Да, — подтвердила я. — Пол — мой друг из Калифорнии.

Друг? А может, больше, чем друг? Или наоборот — меньше, теперь, когда нас разделяют сотни миль?

Дилан скептически посмотрел на меня.

— Нет, — сказала Одра, не обращая на него внимания, — мистер Кисслер провел последний отпуск в Калифорнии.

— Что ж, во всяком случае, у него неплохой вкус, — вздохнула я. — Может, он еще не до конца испортился.

Произнося последние слова, я уже знала, что не права — испортился он до конца, и что бы ни окрасило его ауру в стертый цвет, случилось оно в прошлом. Закрыв глаза, я увидела ее, как наяву, и меня тут же затошнило.

Нет, Кисслер явно продолжает вредить людям и по сей день. И Лекси права — мы обязаны выяснить, что он делает. Чем быстрее — тем лучше.

— Обедать! — крикнула с первого этажа мама.

Мы подскочили, будто нас застукали за каким-то преступлением.

— Что ж, значит, завтра наведаюсь в больницу, — заявила Одра.

Я вылупилась на нее так, словно на ней листья выросли.

— Хочешь, я с тобой? — предложила Лекси. — Мы скажем, что тоже хотим в добровольцы или еще что придумаем. Завтра очередь Эмили нас подвозить, думаю, она охотно закинет нас к себе на работу, а там, может, и дядя дежурит.

Я перевела взгляд на сестру. Все ясно: они с Одрой сошли с ума. Одно дело — слегка хакнуть больницу, сидя у меня в спальне, и совсем другое — заявиться туда, чтобы залезть в закрытые документы.

— Правильно, этим и займитесь, а мы пока у него пошарим, — согласился Дилан.

— Пошарим? — не поняла я. — Ты же слышала — Кисслер будет в школе, у них с Трейси дополнительное занятия. Индивидуальные, — с издевкой произнес Дилан.

Я все никак не могла въехать — что он пытается мне сказать? Вроде все слышу, а ничегошеньки не соображаю. То ли он так говорит, то ли мои мозги уже отказываются работать.

— Если Кисслер что-то прячет, так наверняка у себя дома, — пояснил Дилан.

— Обедать! — снова крикнула мама.

— Но мы не имеем права вламываться к нему домой! — запротестовала я.

— А я не говорила тебе, что у Дилана уже был привод в полицию? — поинтересовалась Одра.

Я ответила, что нет, тоже, наверное, забыла.

— Мы ведь не можем выломать ему дверь, — шипела я, пока мы спускались по лестнице.