— Может, нам лучше побыстрее отваливать отсюда?

— Не лучше. Положись на меня. Я знаю, что надо делать.

— Ну, гляди, Лешенька… — вздохнула Мария. — Учти: твоей жизни угрожает опасность гораздо большая, чем моей. Меня, самое худшее, похитят. Тебя — убьют. Либо конкуренты, либо сам Петр, если узнает про… про нас. Не забывай об этом.

— Помню, — засмеялся Алексей. — Все я помню, милая… Посиди, я быстро!

Алексей решил звонить Головану по автомату — так уменьшалась вероятность случайного подслушивания. Что же касается прослушивания его телефона, об этом Алексей просто наврал Маше: Голован никогда не допустил бы ничего подобного.

Астахов инструктировал Андрея Мудрова у себя в кабинете, когда раздался междугородный телефонный звонок. Он поспешно снял трубку.

— Алло!

— Здравствуй, Петр Васильевич… — неторопливо начал Алексей.

— Ты?! — удивленно произнес Астахов и повелительно кивнул Мудрову: — Выйди!

— Кого это ты там выгонял, Петр Васильевич? Андрея? — спросил Алексей иронично.

— Хватит зря болтать, Леша, — перебил его Астахов. — Где Мария?

— Болтать я только начал, — возразил Алексей. — А с Машей все в порядке. Она меня на улице ждет.

— Ты откуда звонишь?

— Отсюда, Петр Васильевич, отсюда. Тебе небось доложили, что я арестован? Информация ложная, дорогой мой бывший шеф. Свободен я. Как птица свободен. И Маша со мной. Так что пролетел ты, господин Голован.

— Давно ли мы на «ты»? — сухо спросил Астахов.

— Да вот уже целую минуту! — ответил Алексей весело. — А ты, шеф, и заметил не сразу. Стыдно!

— Значит, говоришь, пролетел я?

— Как фанера над Парижем!

— Кончай паясничать, Алексей! — рявкнул Астахов. — Зачем ты звонишь?! Не трать время даром!

— Вот что я хочу сказать тебе, Петр Васильевич, — произнес Алексей уже серьезно. — Если ты еще раз заставишь меня схлестнуться с ментами, я не стану больше играть в ковбоев. Я просто сдамся. И сознаюсь. А при этом так заложу тебя, что вся твоя империя пойдет прахом. Я знаю, к кому надо обратиться в РУОПе, чтобы все было именно так, как я говорю. Тебя прихлопнут, уважаемый Голован.

— Ты сам пойдешь под вышку, дурак! — деланно хохотнул Астахов.

— Плевать, шеф. Мне теперь на многое плевать.

— А ты уверен, что сумеешь достучаться до этих самых честных ребят из РУОПа, которые захотят со мной покончить? — продолжал иронизировать Голован, хотя настроение его резко ухудшилось. — Ты же знаешь меня, Леша. Я сумею пресечь распространение твоих сведений раньше, чем они дойдут до верхов. В конце концов, я могу просто распорядиться убить тебя в камере…

— Все это я тоже предусмотрел, — сказал спокойно Алексей. — Я умный, недаром при тебе два года состоял. И очень серьезно подготовился к моему нынешнему положению. Я изучил всю криминальную обстановку в тех районах, через которые еду. Мне известны лидеры крупнейших группировок, «держащих» территории, расположенные на моем пути. Если меня попытаются арестовать, я знаю, к кому обращаться. Сдам тебя со всеми потрохами. Ведь нет ничего, что бы я не знал о тебе, — твои дела, твои контакты, твои связи, твои люди, наконец! Думаешь, кто-то не захочет прибрать к рукам весь бизнес Голована? А с помощью моей информации тебя легко разденет любая группировка. Тем более что основную работу сделает РУОП.