— Ты сказал Мими, что я потеряла память? — ужаснулась я.

— Нет. Решил подождать. Главным в тот момент было спокойно забрать тебя из больницы, разместить в отеле с максимальным комфортом и…

— И до конца использовать ситуацию в своих интересах, — фыркнула я с некоторым сарказмом.

— Верно, — неожиданно кротко согласился Александр. — Но ты могла сослаться на слабость, усталость, головную боль, наконец. Не сослалась. Из чего я сделал вывод, что отвращения у тебя не вызываю и что мысль о нашей связи тебе в принципе не претит.

— Привет от Шерлока Холмса, — прокомментировала я. — Похоже, метод дедукции действительно бессмертен.

Александр от души рассмеялся.

— Дорогой мой Ватсон, а не пройтись ли нам по набережной? То есть я предлагаю пойти и погулять по городу, отдохнуть от страшных разоблачений и трагических признаний. Просто погулять, как… двум влюбленным.

— В каком смысле? — слегка опешила я.

— Ну… роман мы начали, считай, с середины, так что начало нужно компенсировать. Тем более я и намеревался разыскать тебя в отеле и начать осаду твоего сердца по всем правилам.

— Хорошо, — великодушно согласилась я, — начинай осаду. Действительно, ведь обидно пропустить самое интересное и романтичное.

Что ж, в последующие два часа романтики было вполне достаточно. Конечно, я не первый раз в жизни гуляла вечером по восточному курортному городу, но впервые у меня был спутник, не коллега, а кавалер, если угодно. Впервые в жизни мне не приходилось на такой прогулке доставать деньги из сумочки, если возникало желание выпить чашку чая или купить прелестный тончайший платочек.

Впервые в жизни я не пыталась настаивать на собственной финансовой независимости. Не хотелось. Надоело быть сильной и самостоятельной, захотелось для разнообразия стать просто женщиной.

Несколько раз за время прогулки я ловила на себе странные взгляды Саши. Не то чтобы изучающие — в конце концов, у него в обозримом будущем предполагалось достаточное количество времени на изучение моей персоны, а… удивленные, что ли. Как будто он собирался встретиться с одной женщиной, а на свидание к нему пришла совершенно другая. Не лучше и не хуже, а просто — другая. Наконец, я не выдержала.

— Тебя что-то удивляет, Саша? Я веду себя как-то не так и это тебя не устраивает?

Ответ меня просто ошеломил:

— Ты ведешь себя не «как-то», а совершенно не так. Мне кое-кто рассказывал о тебе как о жесткой и оч-ч-ень эмансипированной женщине, которая мужчин только терпит. А я вижу рядом с собой тебя — нормальную, умную, нежную и очень женственную…

— Так тебя это что — не устраивает? — уже более нетерпеливо повторила я свой вопрос.

Александр нежно обнял меня за плечи.

— Меня-то это очень устраивает, но я… как бы это тебе сказать… обескуражен. Готовился к борьбе, к завоеванию, приготовил массу действенных, как мне казалось, приемов…

— Приручения? — улыбнулась я.

Кажется, во мне пропала актриса. Или не пропала, просто я так удачно выстроила защиту своего, с трудом обретенного и налаженного мирка, что со временем маска плотно приросла к лицу.