Его просторная домашняя рубашка была расстегнута.

– И все-таки я промахнулся. Извини, – услышала я шепот, сопровождающийся какой-то возней. – Можно я обниму тебя? По дружески?

В голосе прозвучала теплая улыбка. Сосульки в душе таяли, слепой котенок свернулся в калачик и замурчал, греясь под лучиками этой улыбки, как на батарее.

– Смотри, не промахнись, – ответила я, скрывая свою улыбку. Мои руки затянули себе под рубашку, контролируя крепость объятий и точные координаты. Подо мной что-то расправляли, слегка приподнимая. Через минуту я почувствовала, что у меня на спине что-то ковыряют, прижимая меня к себе одной рукой. Что там можно ковырять, я пока не догадывалась.

– Ты что делаешь? – поинтересовалась я, пытаясь привстать. После трех попыток стало понятно, что Феникс застегнул меня в своей рубашке. Теперь мы – неудачная копия Змея Горыныча, выжившая после встречи с богатырем. Из одной рубашки торчат сразу две головы.

– Попалась. Теперь я точно не замерзну ночью. Попробуй только уползти от меня вместе с одеялом! Так, мне завтра на работу на десять. Можно и на одиннадцать… Хотя, на десять планерка, – с сожалением выдохнул мне в волосы Феникс. Он сомневался.

– А ты можешь отпроситься? Позвони директору, скажи, что опоздаешь. В пробке стоишь… Я всегда так делаю! – поделилась секретом бессовестная прогульщица рабочего времени в моем лице. – Тут главное, чтобы начальство было понимающим! И срочной работы не было!

– Я-то все понимаю, – вздохнул Феникс. – А вот народ меня не поймет. Мы недавно ящик сделали, как в Голодных Играх. Все провинившиеся кидают туда свое имя и подпись. Опоздал, кинул имя. А потом, когда я думаю, кого бы куда послать…

Он тихо прыснул.

– Ну! Рассказывай! Прикольная идея! – оживилась я.

– Собираемся все вместе и начинаем со слов: «Да пребудет с вами удача!». И я вытягиваю имя. Тут уже не поспоришь. Ладно, спи… – меня обняли, все еще хихикая над одному ему известным эпизодом. – Еська…

***

Я проснулась, вдохнула полной грудью, соскочила с кровати, любуясь на пасмурную погоду, похромала на кухню, сделала себе чай и улыбнулась. Эта дурацкая улыбка не сползала с моего лица весь день.

Позвонил юрист, уточняя, как продвигаются поиски улик. Я честно ответила, что никак. Комиссар Катани занят, Мисс Марпл – в отпуске, Эркюль Пуаро уволился, а Шерлок Холмс такой фигней не страдает. Вдогонку мне поручили пройтись по соседним квартирам и собрать подписи свидетелей потопа. Мало ли что? Вдруг пригодятся? Собирать с каждой твари по подписи в ковчег нашего судебного разбирательства мне было лень.

Через час позвонил незнакомый номер. Я взяла трубку. Женский голос преставился Ирой и сообщил, что ей поручили узнать, как обстоят дела с оплатой счета за сайт. Помявшись немного, я проблеяла, что счет у директора, директор в бухгалтерии, бухгалтерия у черта на куличиках, и сейчас у них… мнэ… Я посмотрела на время. Перерыв! Да! Пе-ре-рыв! Но как только узнаю, как только разнюхаю, как только скажут, что оплатили, я стремглав побегу набирать их номер. Первым делом. Даже если мафия приставит мне дуло пистолета к виску и скажет: "Звони своим, пусть везут выкуп!", я наберу номер сайтостроителей и радостно скажу, что счет мы оплатили! Если вдруг случится апокалипсис, и заряда телефона хватит на последний звонок, я выберу именно наших дорогих партнеров, чтобы сообщить им чудесную новость.