— Куда мы идем? — спросил я мейн-куна.

— Мы ищем книгу твоей жизни, — ответила шерстяной. — Она где-то здесь, среди миллионов других.

— А зачем она нужна?

— Ты заблудился. Книга поможет тебе найти правильный путь.

И сейчас я проснусь в своей старой больничной койке с БАСом и прочими прелестями! Пожалуйста, нет!

Тем временем мы продолжали прыгать по платформам, пока не оказались перед огромной черной книгой размером с дверь. Барсик прыгнул на нее и начала царапать обложку.

— Открой ее, — произнес мейн-кун.

Я засомневался, даже попытался шагнуть назад, но как это часто бывает во сне, не смог сдвинуться с места.

— Ну же, быстрее!

И что делать? Черт с ним, будь что будет! Я потянул за обложку, и книга раскрылась. Внутри оказался не текст, а движущиеся картинки — сцены из моей жизни. Я увидел себя ребенком, подростком, взрослым. Смог посмотреть, как умираю, придавленный мейн-куном. То еще зрелище…

— Теперь ты можешь изменить любую страницу своей жизни, — сказал Барсик. — И найти свой путь в новой жизни. Но помни, каждое изменение повлечет за собой последствия!

Я задумался. Было так много моментов, которые хотелось изменить. Но стоит ли?

Пока я размышлял, мейн-кун вдруг начал расти. Он становился все больше и больше, пока не превратился в огромного тигра с радужной шерстью.

— Время истекает, — прорычал он. — Выбирай!

Я в панике начал листать страницы книги, но они теперь двигались сами по себе, как в ускоренной перемотке. Картинки мелькали так быстро, что я не мог ничего разобрать. Наконец, меня это достало и я захлопнул обложку.

— Не буду!

Тигр-Барсик зарычал так громко, что платформы вокруг нас начали рушиться.

— Выбирай!

— Нет!

— Хорошо. Но помни! Кто хочет, того судьба ведёт, кто не хочет, того тащит.

Тут я проснулся, открыл глаза. Посмотрел вправо, влево. Фу… я все еще в девятнадцатом веке!

Сереет уже за окном. Можно, конечно, попытаться уснуть. Но с утра надо вызвать присяжного поверенного, подать заявку на привилегию, чтобы к разговору с немцами хоть что-то на руках было. Телеграфировать Келеру, об изменении планов на пенициллин… Ничего страшного не случилось, пока они там достроят, у нас уже инсулин…

Нет, встану и поработаю.

Ни хрена я не потерялся, Барсик. Еще повоюем.

Глава 10

МОСКВА. Въ испытательной комиссiи при московскомъ университетѣ допущенныя къ экзамену шесть женщинъ удостоены званiя врачей съ отличiемъ. Три изъ нихъ получили медицинское образованiе въ Бернѣ, три — въ Парижѣ.

СТОЛИЧНЫЯ ВѢСТИ. Женскiй медицинскiй институтъ, не имея срѣдствъ на пополненiе его библiотеки, проситъ не отказать помочь ему пожертвованiями и принимаетъ съ благодарностью книги по отдѣлу медицины, физики, химiи, ботаники, зоологiи, гигiены, а также учебники и медицинскiе журналы. Пожертвованiя книгами принимаются г. директоромъ 1-й с.-петербургской гимназiи съ надписью: «для женскаго медицинскаго института».

ВѢСТИ ИЗЪ РУССКОЙ АЗIИ. Малярiя въ Закаспiйской области. Изъ общаго населенiя мервскаго оазиса въ 86,000 душъ обоего пола, умершихъ отъ этой болѣзни со времени появленiя ея въ среднихъ числахъ марта по сентябрь насчитывается 4,330 человѣкъ. Предполагаютъ, что причиной эпидемiи послужило разлитiе прошлой весной р. Мургаба, вызвавшее злокачественныя испаренiя подвергшейся наводненiю почвы.

Уже утром присяжный поверенный Давид Лазаревич Слонимский — пожилой, лысый выкрест в очках — провел срочную юридическую консультацию о новинках патентного законодательства.