— Что же вы тогда от меня хотите? Сообщите ваши условия.

Надеюсь, раздражение изобразить получилось. Впрочем, особо и притворяться не пришлось.

— Вам надо сделать небольшое заявление для прессы.

— О вашей благородной помощи? С радостью, — отозвался я и даже почти не скривился.

— Нет, с осуждением мирного договора, который готовится к подписанию. Призвать к войне до победного конца. Текст вам подготовят.

Я глубоко вздохнул, закрыл глаза. Все-таки огромная куча дерьма на моем пути образовалась. Понятно, что я тут совершенно не при чем, так, под руку подвернулся. Какая-то многоходовочка, целью которой является кто-то в окружении Николая. Думаю, играют против Ли. Или нет.

— Какие гарантии?

— Никаких. Вы сделаете это после возвращения госпожи княгини.

— Вынужден отказаться, господин Никто, — перевел я его псевдоним на русский.

— Но мы гарантируем…

— Я связан обещанием, данным моему императору, — развел я руками. — Вы же человек чести, господин Мичи? Что, если бы кто-то предложил вам нарушить клятву, данную лично императору? Наверное, вы бы убили мерзавца, а потом совершили сеппуку, коль скоро вас могли счесть способным на такой поступок. Долг превыше всего, господин Мичи. Прошу вас покинуть мой дом.

Сработало. Поклонился медленно, до пояса, с тем выражением лица, которое не менялось с момента его появления — и вышел.

Пожалел ли я? Ни капли. Играть со спецслужбами — всё равно что пытаться перехитрить рулетку. В книгах это неплохо получается даже у домохозяек и студентов, но в жизни… Стоило мне согласиться, и начались бы торги — сделай сначала то, а потом это, привезут не сегодня, а через неделю…

С другой стороны, возникает вопрос: а как так получилось, что я еще суток в Шанхае не пробыл, а японцы у меня на пороге? Точно, Мичи ждал здесь, а сообщил ему… Гостиничные? Скорее всего, нет, мы в «Берлин» случайно заселились, информатор отсюда вряд ли поддерживает постоянную связь с куратором. Послал бы записочку, потом пока она ушла бы на более высокий уровень… Почти нереально. Банкир? Мы расстались час назад, ничего не успеть. Остается консульство. Именно там узнали о моем приезде раньше всех, вот у них время и было. Меняет это что-то? Вообще ничего. Мне остается только продолжать делать то, что я должен.

* * *

Слишком насыщенный день, к тому же большинство событий несли негатив. Я разделся и погрузился в медитацию. И когда мысли вернулись в этот мир, то почувствовал, что в голове вроде всё упорядочилось. Вновь ощутил гармонию. Делай, что должно и будь что будет.

Надо продолжать. Исходить из того, что Агнесс скоро вернется. Значит, надо искать место для операции и реабилитации. Узнать с утра, какой госпиталь лучший, поехать туда, договориться. Много чего надо сделать. У людей свой распорядок, роли распределены, и появление чужого будет значить только одно — кому-то придется подвинуться, уступить место. Ничего, можно сразу залить госпиталь деньгами, чтобы профит сильно превышал неудобства. Ерунда, надо будет, я их выкуплю просто на необходимое время, пусть переводят пациентов в другие места.

Утром, едва позавтракав, я собрался в консульство. Тут рядом, можно и пешком, размяться. Но стоило мне выйти из гостиницы, как разверзлись хляби небесные, и полил дождь библейских масштабов. Поджидали, гады.

Выскочил портье.

— Герр фюрст, прошу, — с поклоном он подал мне зонт. — Может, вызвать экипаж?

— Не надо, — буркнул я.

Зонтик мне достался добротный, при желании под ним бы без особого дискомфорта и три человека уместились. Но брюки успели промокнуть от хождения по лужам.