На это ушли все силы, что у нее остались. Хайбер сидела, уставившись на мертвого гнома, думая, что ей нужно уходить, оставаться здесь было опасно. Рано или поздно кто–то сюда зайдет. И когда это произойдет, ей не хотелось оказаться тут.

Но куда же ей идти?

На этот вопрос ей было нелегко ответить. У нее было два варианта. Она могла найти выход из крепости и поискать помощи снаружи, или оставаться здесь и пытаться найти дорогу в покои Ард Рис.

Что бы она ни выбрала, она должна сделать все, чтобы Пен и Грайанна Омсфорд избежали триатины. Если ей не удастся это выполнить, то они станут пленниками, и все усилия по спасению Ард Рис окажутся напрасными.

Хайбер старалась как следует все обдумать. Выбраться из крепости казалось самым безопасным. Оказаться как можно дальше от мятежных друидов и защищавших их гномов–охотников. Но что она будет делать потом? Какую помощь она рассчитывает найти вне Паранора? На мили вокруг не было никаких поселений, ничего, кроме густых лесов, которые окружали цитадель. Она не могла рассчитывать на то, что ее найдут Кермадек со своими троллями или Тагвен. Вряд ли они вообще выбрались из Страйдгейта. Она понятия не имела, что сталось со старшими Омсфордами, они могли быть где угодно. И в любом случае, они не знали, что она находится в Параноре.

Эльфийка поняла, что не стоит рассчитывать на помощь снаружи. Лучше было оставаться здесь, ведь все равно ей пришлось бы сюда вернуться. Однако оставаться внутри крепости было крайне опасно. Ее окружали враги. Они ничего не знала о том, что находится вокруг. Все в этой крепости было потенциальной ловушкой. Какой бы осторожной она ни была, рано или поздно она совершит ошибку.

Во всяком случае ей стоит заняться своей раной, которая горела как огонь. Если она не погибнет от потери крови, то рискует получить заражение. Ее компресс уже насквозь промок, прилипнув и к одежде, и к телу.

Хайбер закрыла глаза и еще раз обдумала стоявшую перед ней дилемму. Она остается, наконец решила девушка. Что пытаться спастись снаружи крепости, что скрываться внутри — риск был одинаков. Каким бы вариантом она ни воспользовалась, не было никакой гарантии, что она получит какую–либо помощь. Она останется там, где сможет принести больше пользы.

Сколько времени у нее есть? Сколько осталось до того, как в Паранор вернутся Пен и Ард Рис? Вряд ли это произойдет очень быстро, ведь сначала он должен ее найти, а потом им придется добираться обратно до точки входа. Но течет ли время в мире Запрета с такой же скоростью, как и в Четырех Землях? А вдруг Ард Рис все еще находится в том месте, куда она попала отсюда, и Пен сразу же нашел ее? Тогда, возможно, они могут вернуться гораздо быстрее, чем она представляла.

Хайбер резко выдохнула. Слишком много вопросов и ни одного ответа. Ей придется сделать все, что в ее силах, и надеяться, что этого будет достаточно.

Ухватившись обеими руками за ограждение мостков, она поднялась на ноги. Зашатавшись, она прислонилась к ограждению, чтобы не упасть, и подождала, когда в голове прояснится. И тут она вспомнила про Эльфийские камни. В пылу борьбы она совсем о них забыла. У нее сжалось горло. Траунт Роуэн отдал их одному из гномов–охотников, но которому именно? Вдруг это был тот, которого она столкнула в горнило печи? Сгорая от страха, она оторвалась от ограждения и направилась по мосткам к туннелю, через который она сюда попала. Девушка подошла к почерневшему телу третьего гнома и повернула его лицом вниз, стараясь не смотреть на него. Она никак не могла заставить себя обыскать его.

Вместо этого, она отступила и направилась обратно в темный проход, пока не наткнулась на первого из двух оставшихся гномов. Почти в полной темноте она тщательно его обыскала, но не нашла камни. Сердце сжалось. Взяв у него из–за пояса длинный нож, так что теперь у нее было оружие, она ощупью дошла до второго гнома. Пожалуйста, взмолилась она, лихорадочно роясь пальцами в его одежде.