|
Они были посланы мне как символ моего бытия. Разгневанное лицо Виппарда появилось из разреза, служившего выходом. — Животные? Поклонение Луне не требует никаких созданий духа. — Я говорю о себе, — холодно оборвал его Джонс. — Мое могущество принадлежит только мне. Обернувшись к Каталлону, Виппард произнес: — Я не желаю находиться в одной комнате с этим мошенником и его вонючей рубахой, набитой дерьмом. — Сядь в соседней комнате и слушай через стену, если это нравится тебе больше, — сказал Каталлон. Он пристально смотрел на Джонса. — Ты сказал, что эти создания символизируют твое бытие? Мы знаем людей, называющих себя Народом Медведя, Тигра, и еще много других. Ты это имеешь в виду? — В своем роде. Я намеревался показать тебе. — Это та сила, которую, как ты утверждаешь, ты получил от Матери? — улыбка Каталлона стала угрожающей. Джонс спокойно ответил: — Малая ее часть. Каталлон жестом приказал Джонсу следовать за Виппардом, сам он шел сзади. Вторая комната явно предназначалась для избранных. Тут были стулья, сделанные из деревянных рам с кожаными сиденьями и спинками. Небольшие подушечки, лежащие рядом с каждым из них, позволяли сидевшим устраиваться поудобнее. Виппард уже занял свое место. И, как заметил Джонс, выбор его был не случаен. Очевидно, что Каталлон сидел на самом большом стуле. Виппард сидел к востоку от него, спиной к солнцу. Пока Джонс наблюдал за ним, тот с помощью длинного шеста откинул клапан у себя над головой. Скоро солнечный луч будет светить прямо на стул, повернутый к западу. Это будет весьма неудобно. Каталлон произнес: — Ты доставил мне неприятности. Ты бросил вызов нашим Жрецам. Ни одно из этих действий не было ни разумным, ни необходимым. — Я хотел бы, чтобы наша встреча произошла при лучших обстоятельствах. — Ты мог приехать сюда вместе со своими людьми и присоединиться к Летучей Орде. — Кого еще ты принимал столь радушно? — Важно то, что вы убили многих наших людей. Теперь мой народ требует возмещения. — А мы требуем задуматься. Мы знаем, что вы продолжаете двигаться на запад. Мы находимся между вами и морем. Вы уничтожаете всех на своем пути и поглощаете тех, кто сдается. Мы должны были дать вам понять, что не хотим быть уничтоженными, поэтому мы хотим сдаться вам, но на наших собственных условиях. — Условия? Требования? Ты сидишь в моем шатре, окруженный тысячами моих людей, и говоришь эти слова? Мне? — Несмотря на ураган ярости, бушевавший прямо перед ним, сердце Джонса воспарило. Лишь необычный человек может командовать такой огромной ордой кочевников. Джонса поразила целеустремленность, яростная непримиримость, которую излучал Каталлон. Для него любое поражение будет лишь временным. Сколько бы он ни жил, все его помыслы будут лишь о следующей битве. И о той, которая после нее. Каждое завоевание было лишь ступенькой на пути к новому. Джонс надеялся, что голос не выдаст его радости. — Я понимаю тебя, Каталлон. Я знаю, чего ты хочешь. Ты слышал истории о Великом Океане, о мягком климате по ту сторону гор. Ты желаешь править там. Я могу осуществить это желание. Виппард издевательски улыбнулся. — Лжец. Каталлону нужно больше воинов, больше пищи и воды. Ему необходимо знание горных проходов и земель по ту сторону гор, ему необходимо… Каталлон свирепо взглянул на него, и Виппард прекратил перечислять слабые места Летучей Орды. После неуклюжего вступления он продолжал: — Нам необходимо духовное руководство культа Луны. Только через веру можем мы возвысить свои души и жизни. Джонс наклонился вперед. — Был ли твой отец вождем твоего племени, Каталлон? Тот испуганно уставился на него, потом разразился смехом. — Ты собирался служить высокородному вождю? Но не здесь, Жрец. |
