— Хозяин, я убил серого, — вдруг раздался в голове голос Хима. — Сейчас прикончу человека.

Предсмертный вскрик Егор услышал спустя пару секунд. Беспечный стрелок, забывший о том, что нужно следить за тылом, поплатился за это жизнью. Что-то железное упало на дно воронки, Егор склонился и увидел винтовку.

— Хим, тащи эту железку сюда, — приказал Раевский, понимая, что быстро теперь с его ногой не слазить, по-хорошему, нужно было бы ещё труп обыскать, забрать боеприпасы, но времени на это не было.

— Да, хозяин, — спрыгнув вниз и ухватив оружие за ремень, выдал химерик. — Надо уходить, они все спешат сюда.

— И без тебя понимаю, только вот нога у меня болит, лапища у этого орка не хуже гидравлического пресса.

Он попробовал опереться на ногу, и на глазах у него тут же выступили слезы. О том, чтобы бежать, разговора не шло, тут идти-то сложно будет, хотя термин «ковылять» подходит куда лучше.

— Ковыляй потихонечку, — всплыла в голове строчка из старой армейской песни.

Здоровенная, уже покрывшаяся чешуей химера с трудом протиснулась в дыру, гремя железом по камням. Хим выпустил из пасти ремень винтовки и посмотрел на хозяина, ожидая приказа.

Егор поднял оружие, прикидывая, что делать дальше, не нужно иметь слух химерика, чтобы расслышать тяжёлую поступь. Если через тридцать секунд он ещё будет тут, его сражение закончится, и лучше бы ему успеть застрелиться, поскольку то, что с ним проделают местные вивисекторы, гораздо хуже.

— Хозяин, я понесу тебя, — неожиданно выдал Хим. — Ложись ко мне на спину, обхвати руками шею, а коленями бока. Я быстр и силён, им меня не догнать.

Егор, уже отчётливо слышавший, как перекрикиваются преследователи, раздумывать долго не стал. Он повесил винтовку себе на шею и запрыгнул на спину слуги, распластался на немного скользкой чешуе, которой Хим покрылся за последние несколько дней.

— Держись, хозяин, — словно не замечая увеличившегося веса, мысленно выкрикнул химерик и, рыкнув уже вслух, в два прыжка достиг выхода на улицу.

Кто-то выстрелил по нему, но пуля прошла гораздо выше, а химера с наездником на спине в три прыжка пересекала открытое пространство и скрылась в руинах. За минуту, зверь, созданный с помощью магии, одолел метров триста.

— Стой, — скомандовал Егор, когда Хим собирался сигануть в очередное окно.

Слуга замер и, словно конь, поджав задние лапы, заскользил по каменному полу, сгребая задом камни, доски, какие-то вещи, которые не разрушило время. Сейчас можно было перевести дух, погоня отстала, и, скорее всего, след потерян. Самое то, остановиться и решить, что делать дальше. На его счету два человека и один орк, результат Хима — человек, и он что-то про высшего говорил.

— Ты убил второго орка?

— Да, хозяин. Я напал на него со спины, когда он гнался за тобой. Прыгнул, повалив на пол, захлестнул хвостом шею, вонзил когти в спину, а клыки в плечо. Он был силен, пытался подняться, хрипел, но я сдавил его глотку, чтобы не закричал. Он быстро ослаб, а потом его шея хрустнула, и он умер.

— Молодец, — похвалил его Раевский, — отличный результат. На двоих у нас с тобой пять трупов. Если Грена нас видит, она довольна.

— Как она может нас видеть? — озадачился Хим. — Я видел, как она горела.

Хорошее настроение исчезло, словно и не было. Заболела нога, но ещё больше защемило сердце, за всей этой игрой в прятки он забыл, что час назад красивая девушка, с которой он провёл ночь, одну из самых ярких в его жизни, сгорела заживо.